На самом деле Элис и Алекс были очень близки, и в первую очередь, духовно, обсуждали все темы, без исключения и мнимых запретов.

Еще несколько минут сидели молча, каждый думал о чем-то своем.

Страх мелкими бусинками рассыпался по коже, проникал в кровь через поры. Гилберт понятия не имел, как вести себя при встрече. Что, если Лиза узнает его, если перед ним появится не расчетливая стерва, которую он так старательно рисовал в своем воображении десять лет, а его Лиза, нежная и хрупкая, та, которую знал только он, та, что любила его до дрожи? Что, если он не справится с тем наивным мальчиком, что до сих пор жил в его душе, в самом маленьком уголке, спрятанном за семью печатями.

Он не собирался отказываться от своего плана, готов был идти до конца в любом случае, но боялся не совладать с собой.

– Пора, – вкрадчивый голос Элис отогнал ненужные мысли.

– Да, пойдем, – согласился Алекс, посмотрев на часы, и вышел из автомобиля.

Подняв голову вверх, улыбнулся голубому и чистому, как слеза, небу. Еще вчера казалось, что зима неизбежна, пройдет совсем немного времени, и город уснет под белым покрывалом. Обжигающий холодом ветер и моросящий снег не оставляли никакой надежды на потепление, но сегодня неожиданно ярко засияло солнце, приятно припекая и заливая все вокруг своими лучами – все-таки осень не сдается без боя.

Несколько глубоких вдохов свежего, слегка морозного воздуха отрезвили сознание, придали уверенности в силах. Отбросив лирику, Гилберт взял эмоции под строгий контроль и нацепил привычную маску безразличия – вся эта сентиментальность ему сейчас была ни к чему.

В холле «Оки» их ожидал неприятный сюрприз: только переступив порог, они тут же попали под обстрел фото- и видеокамер.

Журналисты, репортеры и просто обычные зрители собрались прямо у входа в спорткомплекс. Для маленького города приезд иностранцев являлся редкостью и приравнивался к какому-то знаменательному событию. Казалось, вся область пришла увидеть канадских гостей вживую, их разглядывали, словно зверей в зоопарке.

Алекс и Элис всегда производили ошеломляющее впечатление на публику. Где бы ни появлялись, приковывали к себе всеобщее внимание – высокий, статный мужчина и стройная очаровательная девушка.

«Ока» не стала исключением, со всех сторон на них сыпались вспышки фотоаппаратов, каждый считал своим долгом запечатлеть на память их пару.

Гилберт крепко прижимал свою спутницу к себе и медленно, стараясь никого не раздавить, пробирался к спасительной лестнице, ведущей на второй этаж. А Брукс широко улыбалась, создавая видимость спокойствия за них двоих. Она чувствовала, как гулко бьется его сердце, как сильно он напряжен, и знала, что терпение его не безгранично и, когда оно лопнет, проблем не избежать.