Обернувшись к мужу, я залюбовалась его мужественной красотой. Столько лет прошло, а я все никак не могла поверить, что этот мужчина принадлежит только мне. ‒ Что-то стряслось?

Обязанности короля отнимали у Дамиона много времени и сил. Ему пришлось долго добиваться уважения со стороны народа и придворных, после того для в саду в Мануар де Рокефор. Годы ушли на то, чтобы доказать всем, что он достойный правитель. Новость о том, что его жена ‒ ментальный дракон, ситуацию не улучшали. И даже спустя семь лет где-то кто-то позволял себе высказываться против моей персоны. И против запрещенной магии, которой я обладала. Если бы не брачные метки, подтверждающие одобрение дайвов, все могло бы сложиться куда печальнее. А так с каждым годом люди становились лояльнее и ко мне, и к Дамиону.

‒ Пришло известие из монастыря благодатной Аннеты… Марион умерла.

‒ Ох…

После смерти Кайруса Дамион дал Марион выбор: либо Малефис, либо монастырь. Выбор оказался очевидным. Женщина избрала путь мученицы, сняла с себя корону и облачилась в рясу. Долгие годы от нее не было вестей. А потом до нас дошли слухи, что Марион серьезно больна. Так что известие о ее смерти не было неожиданностью. Но, стыдно признаться, я ощутила облегчение. Страх, что она решится на месть Дамиону через наших детей не утихал. И вот сейчас, наконец, наступил штиль.

‒ А Карл знает?

‒ Да, ‒ муж утвердительно кивнул. ‒ Они с Орнеллой приедут на похороны. Нам же там быть не обязательно…

Я тяжело вздохнула, загрустив.

‒ Но есть и хорошие новости, ‒ губы мужчины растянулись в хитрой улыбке. ‒ В целом, этим я сегодня и занимался.

‒ Не томи! ‒ я аж заерзала на месте. Всяко лучше думать о хорошем, чем о плохом.

‒ Пришли бумаги из родового поместья Атори.

Сердце пропустило один удар.

‒ И?

‒ Не поверишь, но был найдет дневник Гамлета… Твоего дальнего родственника.

‒ И-и-и-и? ‒ я была готова топать ногами, лишь бы Дамион перестал меня мучить.

‒ Все, что ты рассказала, полностью подтвердилось, ‒ в глазах мужа появился торжествующий блеск. ‒ Ты же понимаешь, что это значит? Твой род оправдан, Анжелика. Теперь никто не сможет сказать про тебя ни одного плохого слова. И магия нашего сына, теперь не будет порицаться людьми.

Я не могла поверить его словам. От радости даже голова закружилась, а по ногам побежали мурашки.

‒ Историки из Корн-де-Гра же сказали, что это гиблое дело… Что доказательства вряд ли сохранились.

Дамион притянул меня ближе. Насколько позволял большой живот.

‒ Я был готов достать доказательства даже из самого Азгара. Так что это просто было делом времени.

‒ Как же я тебя люблю!

Улыбнувшись моему признанию, муж позволил себе запечатлеть на моих губах ласковый поцелуй.