Глянув на неё, Морфо отскочил и пронзительно зашипел, а драконихи с визгом подхватили с пола одеяла и накинули себе на головы.

– Поздно! – рыкнул синекрылый в отчаянии. – Она уже видела нас. Говорил я вам, что это место опасное!

– Неправда! – зашипела оранжевая под одеялом. – Ты сам предложил библиотеку!

– Киноварь права, – так же приглушённо буркнула жёлтая.

– Да какая разница, кто прав… хотя прав всё-таки я! Главное, что ядожалы о нас теперь знают, и что делать, неизвестно. Всё из-за вас, надо было меня слушать!

Жёлтая дракониха поморщилась. Одно из её задних крыльев торчало из-под одеяла как-то криво и было короче остальных. Наверное, летать не может, подумала Сверчок.

– Погодите, – торопливо заговорила она, заметив, как жёлтая бочком подбирается к выходу. – Не надо от меня прятаться, я ваш друг!

Оранжевая Киноварь фыркнула.

– Друзья не позволяют королеве лезть в свои мозги! – Она совсем скорчилась под одеялом, превратившись в тугой ком, словно надеялась стать незаметной.

– Такого не случится, обещаю! В мою голову Оса пробраться не может.

Повисло изумлённое молчание, даже Морфо отвесил челюсть. Затем жёлтая дракониха сбросила одеяло и уставилась на Сверчок. Три остальных крыла оказались длинными и узкими, чешуйки попадались и бурые – как будто в смеси бананов с кешью. Тёмно-янтарные глаза, когти накрашены в золотую полоску.

– Что… ты сказала? – выдавила дракониха.

– Быть такого не может! – фыркнул Морфо. – Очередная ложь ядожалов!

– Может! – возразила Сверчок. – Потому что вот она я, перед вами! Понимаю, это странно, сама не могу объяснить. Не действует на меня, и всё тут. Всю жизнь пытаюсь узнать почему.

Наверное, всё-таки кровь шелкопрядов, подумала она. Опять же странно – по виду чистый ядожал, от рогов до кончиков когтей. Правда, без яда и всего прочего, но у многих тоже так. Не такая, как все, но… от шелкопрядов больше ничего. Так или иначе, эту версию им лучше не излагать, сначала надо выяснить самой.

– Похоже на уловку, – упрямо буркнул синекрылый.

Он подошёл ближе и посмотрел Сверчок в глаза. Его собственные оказались изумрудными в тон усикам-антеннам, которые старательно ощупывали воздух, словно пытаясь уловить присутствие королевы Осы.

– Может, и нет, – хмыкнула банановая. – Ходили же слухи о таких.

– Как я? – с надеждой вскинулась Сверчок. – Кто?

– Мы точно не знаем… Киноварь, вылезай и расскажи, что ты слышала!

Ком в одеяле тяжело вздохнул, и из него высунулась небольшая тёмно-оранжевая голова.

– Если ты собираешься трепать моё имя перед всеми незнакомыми ядожалами, то хотя бы представься сама… Тау!

– Ах да, извини… Я Тау, она Киноварь, а он Морфо.

– И я ни разу не говорила, что верю в ту историю! – сердито продолжала оранжевая.