«Легенда» проста. Как я узнал, Яник — так звали того подростка — не гнушался и мелким рекетом. Вот Димка и должен был изобразить на все согласного отдать простачка и рассказать про свой «клад». И у него все получилось.

Мы находились в конце одной из улиц, небольшой тупичок. Москва этих годов — удивительно зеленый город, без выхлопов автомобилей, с большим количеством деревьев по улицам. Спрятаться в кустах здесь вообще не проблема.

Вот тощий Димка вышел из-за поворота, растирая кулаком что-то по лицу. Его за плечо цепко держал долговязый почти на две головы выше нас Яник. Подросток обшарил улочку взглядом, а мы замерли, чтобы не выдать себя ни звуком, ни шорохом. Успокоившись, он подтолкнул Димку в спину и, искривив рот в усмешке, что-то тому сказал. От нас было плохо слышно. Димка махнул рукой в нашу сторону и тут же сорвался на бег. Яник ощерился и кинулся следом. Догнал Димку он уже в шаге от нашей лежки.

— Куда, кур-рва? Ты мне точно все покажи, а то лишь юшкой из носа не отделаешься!

Вот тут мы и повскакивали. Яник сначала испугался, но увидев, что перед ним лишь трое семилеток, успокоился и готовился что-то сказать… Не успел. Я добежал до него и без затей пнул между ног.

— Уых. — согнулся тот от боли.

— Н-на! — тут же добавил сбоку стоящий Димка, врезав Янику по уху. Удар у пацана не сильный, силы в наших кулаках пока нет, но бил Димка от души.

Яника повело в сторону, а тут и Мишка добежал. Он из нас был самый рослый, и ему хватило размаха ног, чтобы пнуть согнувшегося Яника прямо в нос. Удачно попал. Глаза у подростка закатились, и он рухнул нам под ноги. Мы еще попинали его для острастки, после чего дали деру из переулка.

Домой возвращались мы гоголями, гордо смотря по сторонам.

— Пусть только еще раз сунется — так напинаем, мамка родная не узнает! — вальяжно заявлял Димка.

— Как бы он нам не напинал, — попытался быть голосом разума осторожный Ванька. — Хотя да, просто так уже не сунется. Вот уж мы ему!

Радость наша длилась ровно до вечера, пока не вернулись с работы родители.

Уж не знаю, что и когда рассказал Яник своему отцу, но всю нашу компанию собрали в бараке для показательной порки.

— Ну, Сергуня, — покачал головой мрачный отец, — не ожидал.

Вокруг собрались все жители нашего барака. Наша четверка стояла в центре с понурыми лицами. Пожалуй, лишь я выделялся, с гордым и независимым видом смотря прямо в лица взрослых. Рядом с моим отцом стоял отец Яника — Валентин Казимирович. Инженер нашего завода и начальник цеха по сборке самолетов. За его спиной с огромной нашлепкой на сломанном носу зыркал в нашу сторону сам Яник.

— Мало порешь его, Федька, — заявил дед Демьян, смоля самокрутку. — Ишь чего удумали — на старших руку поднимать!

— Еще и хулу возводит на честных людей, — поддакнула ему вдова Фроська.