Доброхим в свое время открыл множество кружков по всей стране, в том числе и в школах по обучению защите от химической опасности — опыт первой мировой и применение Германией газов не был забыт. Учитывая мои планы все же начать политическую карьеру и хоть так продвигать собственные идеи и двигать науку, я конечно согласился.

Масштаб события трудно было переоценить. На конференции собралось огромное количество народа. Были представители военной, авиационной, химической промышленности. Видные партийные деятели и представители комсомола. Представители общества от других городов страны. Куча народа, среди которого нетрудно и потеряться.

Мне повезло не только попасть на это мероприятие, но и благодаря Туполеву получить возможность выступить самому. Да, я предварительно не готовился, из-за чего сначала не хотели меня пускать на сцену, несмотря на поддержку видного конструктора. Пришлось во время перерыва накидать тезисно план выступления и лишь после того, как секретарь мероприятия ознакомился с ним, меня пустили на сцену.

— … мы все знаем, как важно образование для нашей страны. Как не хватает нам квалифицированных кадров для реализации тех, не побоюсь этого слова, колоссальных задумок и планов, что ставит перед нами партия и сам народ, — вещал я с трибуны. — В связи с чем нужны новые учебники, не только соответствующие идеологии нашей страны, но и позволяющие ускорить понимание предмета обучающимися. Чем нагляднее пособие, тем легче трудовому человеку изучить новое для себя знание.

Я еще долго распинался перед участниками конференции, но цель у меня была одна — продвинуть свой учебник, который где-то потерялся на просторах Госиздата. Еще одной особенностью моего выступления было предложение расширить начальную подготовку в школах на базе кружков бывшего Доброхима. По сути то, что я предлагал, будет реализовано как комплекс ГТО — готов к труду и обороне. Вовремя вспомнил, как дед в прошлой жизни рассказывал о нем, с ностальгией вспоминая свои школьные годы. Ну и раз я так или иначе связан с авиацией, предложил создать курсы летной подготовки.

Провожали меня аплодисментами, хотя я не обольщался. Здесь каждого оратора так провожали. Посмотрим, услышат ли меня те, кто реально принимает решения.

Как позже выяснилось — услышали.

После завершения конференции меня пригласили на встречу не с кем иным, как с Петром Ионовичем Барановым! Он входил в состав президиума нового общества и курировал как раз авиационное направление. Военный, призван был еще в царскую армию, но позже арестован за агитационную деятельность и приговорен к каторге. После революции освобожден и далее много сил отдал в гражданской войне и с этого года стал кандидатом в члены центрального комитета партии.