Закрыв глаза я представляю дочь, как обнимаю ее, вдыхаю ванильный запах ее волос, целую в пухлые щечки, рассказываю сказки и больше никогда не выпускаю из рук. Кажется, с этими мыслями я немного впадаю в забытье. А просыпаюсь от громкого звука.

В груди расцветает надежда, что это Андрей пришел за мной и сейчас спасет, а на деле в дверях стоит тот противный мужик, который лапал меня и обещал снять видео для Дымова с нашим участием.

Сев в кровати, я отталкиваюсь ногами к стене и обнимаю себя за плечи. Тело начинает бить крупная дрожь.

- Человек Дымова вышел на связь. И сказал, что его жена и дочка находятся дома, а на тебя, самозванку, ему плевать, - усмехается он.

Я леденею от этих слов.

- Что?..

Это неправда! Я не самозванка. Таня дома одна, она без мамы. Дымов не мог так сказать! Не мог…

Я до крови закусываю губу и близка к истерике.

- Что вы со мной сделаете? - с трудом заставляю себя говорить.

- А что в таких случаях делают с ненужными свидетелями? - мерзко улыбается мужик.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​Глава 55

За следующие сутки я перебрала в голове сотню вариантов дальнейшего развития событий.

Не мог Андрей бросить меня.

Не верю.

Всё мое существо противится такой правде. Возможно, это какая-то ошибка? Может, его человек предал его? Это дело рук конкурентов, Арины... кого угодно!

Долгое время я считала Андрей бесчувственным и равнодушным, не способным ни на любовь, ни на сострадание мужчиной. С тех пор прошло много времени.

За дверью слышатся шаги, заставляющие мое бедное сердце сжаться. Я бегу в самый дальний угол помещения, в котором меня держат против воли, и пытаюсь неуклюже спрятаться в тени.

Смотрю на дверь. Что же ждет меня дальше?

Но дверь не отворяется. Следом я слышу голоса тюремщиков и прислушиваюсь. Разобрать смысл сложно, но очевидно, что они ссорятся. Кричат друг на друга, оскорбляют. Я сжимаюсь в комочек. Этого еще не хватало.

Если Андрей действительно посчитал, что я не стою усилий, то мне нужно как-то самой о себе позаботиться.

Правда, сделать это крайне сложно из-за общего состояния: меня постоянно тошнит и какая-то непривычная слабость. Да и запахи подвального помещения кажутся нестерпимыми. Самой себе поражаюсь — я родом из деревни, далеко не белоручка. Откуда такая вдруг столь сильная брезгливость?

Неужели несколько месяцев общения с Андреем так сильно изменили меня, превратив в городскую цацу?

Андрей Дымов... Андрюш, родной. Пожалуйста, спаси меня.

Я зажмуриваюсь. Андрюш, мне страшно. Очень сильно страшно. Неужели ты не слышишь? Неужели не чувствуешь?

Мы ведь были близки. Я люблю тебя. А ты? Ты тоже любишь! Может, убеждаешь себя в обратном? Боже...