Весь этот праздник с салютами я по сути затеял ради них: хотел сделать официальное заявление, чтобы Юля почувствовала себя увереннее и не реагировала на всякие сплетни, которые ходили и будут продолжать ходить. Меня ранило, что она не оценила.

Пожевав губу, Юля в последний раз смотрю на Таню, чьи глаза начинают слипаться и лишь после этого наконец соглашается:

- Хорошо. Но рано утром мы уедем.

Мне требуется сделать над собой усилие, чтобы не зарычать. Почему она вдруг стала так меня бояться, что мечтает поскорее сбежать? Настолько ей отвратителен? Не терпится поскорее устроить личную жизнь?

Мне казалось, что мы находим все больше точек соприкосновения, но выходит я ошибался.

- Давай я сам ее отнесу, — останавливаю я, когда она пытается подхватить дочку на руки.

Прижимаю к себе хрупкое тельце и невольно вдыхаю запах детских волос. Нежный такой, теплый, что я моментально успокаиваюсь. И в тысячный раз думаю, какое это счастье — быть отцом и иметь возможность обнимать свою дочь. Несмотря на долгую разлуку, мне хватило и пары дней, чтобы полюбить Таню. Так, как я возможно никого и никогда не любил.

Поднявшись на второй этаж, я прохожу в дальнюю комнату и аккуратно укладываю малышку на кровать. Юля за моей спиной напряженно наблюдает, как я снимаю с Тани обувь и накрываю одеялом.

- Боялась, что не справлюсь? — шепотом интересуюсь я, повернувшись к ней.

- Нет, — отвечает она, отводя взгляд. — Просто подумала, вдруг нужна будет моя помощь.

- Я собираюсь быть лучшим отцом для Тани. С такой задачей, как уложить ее в кровать. точно справлюсь.

- Вижу, — кивает она, теребя подол своего платья.

Повисает долгая пауза, и я понимаю, что от меня требуется уйти. Больше всего мне хочется остаться здесь, с ними, но я должен быть верным своему обещанию. Они мои гости и ночуют отдельно.

- Спокойной ночи, Юля, — коснувшись ее плеча, я не выдерживаю и целую ее в щеку. Они с Таней даже пахнут одинаково: ванильно-сладко."

"Юля жмурится и с шумом выдыхает, чем вызывает во мне новую потребность остаться. Чтобы не наворотить дел, за которые потом придется извиняться, я сжимаю ладонь в кулак и быстро выхожу из спальни.

Уйти к себе сразу не получается, и я около минуты как болван стою возле двери. Мне даже начинает чудиться, что я слышу шаги и ее мягкий голос, умоляющий меня остаться. Наваждение какое-то.

Выругавшись сквозь зубы, заставляю себя уйти. Залетаю к себе в комнату и прямиком иду в ледяной душ. Перед глазами проносятся обрывки сегодняшнего вечера: сногсшибательная Юля, улыбка дочери, цветастая масса гостей, Игорь, оценивающе разглядывающий мою женщину, его руки на ее талии, при взгляде на которые мне захотелось его убить. Полумрак и ее дыхание, коснувшееся моего виска.