Палец замирает над кнопкой. А сердце сжимается. Я не знаю, сумеем ли мы мост построить. Понятия не имею, насколько крепким он будет. Но иного выхода у нас нет.

Я выделяю фотографий тридцать и нажимаю отправить.

Ответ приходит минут через пять и состоит из одного слова:

«Еще».

На следующий день рано утром я получаю сообщение от Дымова:

«Я позвоню? Вы проснулись?»

Отвечаю:"

"«Андрей, Таня приболела. Ночью температура поднялась. Давай перенесем встречу на пару дней?»

Через час у меня дома надевают бахилы два лучших педиатра Москвы, Андрей же разувается и будто нерешительно замирает у порога.

Я головой качаю укоризненно, но решаю не ссориться. Взгляд босса слишком странный.

Лучшие педиатры осматривают дочь полчаса, после чего, посоветовавшись, сообщают, что у Тани аденовирус. Другими словами: насморк, чуть красное горло.

Я руки на груди складываю и бровь приподнимаю, показывая, что и без них это прекрасно знала.

Доктора прощаются и покидают квартиру, прописав жаропонижающее и пить больше жидкости. Андрей же проходит в комнату. На диван присаживается.

- Как ты думаешь, - начинает он издалека, - вы с Таней могли заболеть из-за стресса? Мне Лу так сказала утром.

Я чуть улыбаюсь, вспомнив добрую милую Лу. Как же я соскучилась!

- Конечно. Психосоматика. В смысле, стресс ослабляет организм, который становится беззащитным перед вирусами.

- Это я виноват, - говорит он, застыв и словно растерявшись.

- Андрей... - начинаю я осторожно.

Танюшка мультики смотрит у меня на коленях и на отца иногда поглядывает. Она слишком слаба, чтобы улыбаться и веселиться. Даже на любопытство банальное сил не хватает. Андрей же глаз с нее не сводит.

- Кто виноват — никто никогда не узнает. Может ты, а может в бассейне подцепила или на площадке детской. Но привыкай к жизни с постоянным чувством вины — что-то не додал, где-то не досмотрел. Постоянный спутник родительства.

Андрей молчит. На Таню мою смотрит. Дочка глаза закрывает. Температуру мы сбили, но состояние у нее вялое.

- Что мне сделать? - спрашивает Андрей, наконец. Вроде бы решительно, но... Раньше он никогда не спрашивал совета у меня. - Я могу купить что угодно. Больницу, бассейн, лучших врачей...

- Не спешить, - прошу я. - Это ведь ребенок, Андрей. Маленькая беззащитная девочка, а ты пока ей чужой человек. Ты же залетел вчера ураганом! Позавчера меня довел до истерики.

Он молчит. Не спорит больше. Кажется, Танин насморк перевернула его мир.

- Много времени итак потеряно, - напоминает он.

- Больше мы его терять не будем. Даже вот такая встреча значит много. Андрей... я не получала эти бешеные деньги и впервые слышу о них. Ты отверг меня и я решила не мешать твоему счастью, уехала из города. Мне было плохо, я похудела сильно, скучала по тебе. И не сразу поняла, что нахожусь в положении.