Делали-то его для больших помещений, типа торговых центров, спортивных залов и так далее. Так что для вашего Театра моды, такой кондиционер даже избыточен. Но решили, что в первую партию пойдёт именно такой, мощный аппарат, а те что послабее, пойдут вторым и третьим конвейером.

Он благодарно кивнул высокой стройной девушке, которая принесла кофейный прибор, расставив чашки, налила кофе, и ушла, крутанувшись так, что взлетевшая юбка показала пару стройных ножек.

Осип только вздохнул, увидев этот микроспектакль.

– Манекенщицы. Пока нет показа, занимаются всякой работой по дому. И вот. – Он развёл руками.

– Да ладно. – Александр рассмеялся. – Это даже забавно. У них же это на уровне инстинктов. Найти хорошего производителя, спариться с ним, произвести потомство, и сделать так, чтобы самец защищал потомство как можно дольше.

– И вас это не обижает? – Мастер удивлённо снял очки.

– А почему меня должно это обижать? – В свою очередь удивился Мечников. – Мы же не инфузории-туфельки. В какой-то из своих ипостасей мы работники, в какой-то защитники страны, а в какой-то самцы-производители. Чем человек интереснее, тем больше у него таких граней. Вы то насколько я знаю, не только с иголкой и ножницами возитесь, но и у себя дома мелкую ювелирку мастерите. Кстати… – Он сделал небольшую паузу. – Мне тут звонил один из руководителей нашего московского БХСС, и просил вам передать, что если вы-таки начали торговать вашими изделиями, то следует вести этот источник дохода в декларацию.

– Вот ведь! – Осип от избытка чувств всплеснул руками.

– А вы как хотели? – Мечников рассмеялся. – Вокруг нас сотни и тысячи глаз, и не все из них доброжелательны. И стоит нам хоть раз ошибиться, то наша ошибка станет причиной пересудов, и досужей болтовни. Конечно мы не можем совсем не ошибаться, но уж по таким поводам…

– Так я же только один раз! – Воскликнул модельер.

– Вот именно поэтому генерал Васильев не стал звонить вам, и не стал давать ход делу, а позвонил мне, так как в московском обществе прекрасно знают кто и чей покровитель. Дикость конечно, но в России всегда было патерналистское общество.

– Я таки слушаю вас, и опять мине страшно. – Как всегда, когда Осип волновался, он переходил на родной одесский говор. – Ви опять учите старого еврея как жить, и это опять золотые слова, к которым нельзя не прислушаться. Словно вашими устами говорит наш Ребе, Исаак, пусть будут бесконечными его дни.

– Ребе учит, опираясь на память прошлого, Осип Наумович. – Александр подлил себе из кофейника, и ещё чуть плеснул сливок. – А я советую вам, опираясь на картины будущего. Так что давайте будем чтить уголовный кодекс как нам и завещал Великий Комбинатор.