– Вон у Вано сколько оружия! Он, небось, и мочканул!

- Туз, давно спросить хотел… – сказал я, широко улыбаясь. – Каково это – быть тупым придурком?

- Чё?! – от такого Туз всё-таки потерял тормоза и попёр на меня.

Однако был вовремя перехвачен и удержан своими же."

"- Вот-вот… Если бы я его, как ты говоришь, «мочканул», на теле были бы следы расправы! – я развёл руками. – А у вас даже тела нет… Ни тела, ни следов расправы, ни-че-го! Вы просто решили меня на голом месте обвинить. И обвинили. Поверить в такое может только дурак. А ты, видимо, придурок, раз думаешь, что остальные – дураки, и тебе сразу поверят.

Вообще-то нет, поверили... По глазам видел: Маша и Ника поверили. И пара их качков-прихлебателей повелась. Ну и пара гопников, естественно. А остальные просто догадались не мешать. Но теперь кого ни спроси – любой откажется. Кому же приятно себя дураком-то считать?

Это я просто работал на опережение, чтобы не погрязнуть ещё минут на десять в разборках и пустых спорах. Собственно, Туз, видимо, на последнее очень рассчитывал. Двое из числа его прихлебателей тихонько рванули в сторону, когда он начал на меня «наезжать». Видимо, как раз разыскивали труп.

Но я уже знал, где искать… Заприметил на снегу почти затоптанные волокна мха. И припомнил, что Нытик меня ещё во второй день расспрашивал про верёвку. Сплёл он её всё-таки… И, видимо, удачно.

- Труп ищите! – сказал я, оглядываясь. – Хотя, чувствую, я его первым найду.

- Это потому что ты знаешь, где он лежит! – снова попытался Туз.

- Ну точно придурок… – покачал головой Дунай.

- Вано, откуда узнал? – спросил Сочинец.

- Вон, волокна мха повсюду! Вы их почти втоптали в землю, но ещё видно, – я указал людям под ноги. – Он плёл верёвку.

А раз плёл верёвку, то как он мог с этой верёвкой умереть?

- Он повесился! – догадалась Кострома. – Значит, ему нужно было какое-то дерево или высокое крепкое растение.

- Если он, конечно, самоубился… – согласился я, потому что в голове был ещё с десяток вариантов, как Нытик мог нас покинуть. – Ну что, проверим?

Проверять пошли всей толпой. И верным оказался первый вариант: Нытик повесился. На растении с разлапистыми то ли листьями, то ли отростками. К сожалению, они выдержали вес человека.

Я, само собой, даже не рассчитывал, что меня опять не обвинят.

Уж больно близко моя капсула, да и наш костёр располагались к лесу. Но тут мне на помощь пришёл ещё не стаявший снег. И физиологические особенности покойного...

Я ещё во второй день заметил, что у Нытика нога, как девичья. Руки у него тоже размерами не отличались, но нога – в лучшем случае, тридцать девятый. Так что, когда труп был обнаружен, а все ломанулись вперёд, я грозно заорал:

- А ну стоять все! Следы затопчите!

И удивительно: меня послушались.

Я подошёл к началу следа, хорошо отпечатавшегося в снегу.