Его улыбка очаровывала, как всегда; если он когда-нибудь устанет от футбола, то может легко переключиться на Голливуд.

– Привет, – поздоровался я, желудок сжался. Я отложил блокнот и ручку и вышел на солнце. – Тебе чем-нибудь помочь?

– Нет, чувак, я не в качестве клиента, хотя этот «Мустанг» выглядит довольно мило.

– До милого ему еще долго. – Я скрестил руки на груди. – Как футбольная жизнь? Близится драфт, верно?

Донти потер затылок.

– Говорят, что я мог бы войти в первую десятку.

– Я тоже слышал. Круто, чувак. – Я ждал укола зависти, что он живет той жизнью, которая могла бы принадлежать и мне. Но этого не случилось. – На кого надеешься?

– Кто угодно, только не «Браунсы», – ответил он и рассмеялся. – Шучу. Я просто готов играть. – Он склонил голову набок. – Неужели не скучаешь?

– Ни капли.

– Я должен на это немного обидеться. Наша фирменная бомба Уитмор и Уэзерли была в высшей степени классной.

– Было здорово, но мне больше нравятся машины.

– Классно, классно. – Фирменная улыбка Донти сменилась нервной гримасой. – Ну, вообще-то я просто пришел узнать, как у тебя дела. Давно не виделись. Не занят, чтобы вечером поужинать или выпить пива?

– Не могу, – ответил я, выдерживая его пристальный взгляд. – У меня свидание.

Донти засунул руки в карманы.

– Это круто.

– Ты так считаешь?

– Ага. Главное, чтобы ты был счастлив, верно?

– С каких это пор?

– Брат моей девушки – гей. Я узнал его получше и…

– И, та-да-ам! До тебя дошло, что геи тоже люди? – огрызнулся я, чувствуя, как закипает гнев. Пришлось умерить свой пыл. – Прости.

– Не извиняйся. Я заслужил. И нет, до меня дошло, что я вел себя как придурок. Что тебе нужна была дружеская поддержка, а я тебя кинул. В самое, черт подери, неподходящее время и по самой тупой причине. Ты такой, какой есть, и я скучаю по тебе. Скучаю по своему другу.

– Я тоже, – ответил я, не осознавая, насколько сильно, пока не произнес вслух.

Донти покачал головой, на его лице было написано раскаяние.

– Я сожалею обо всем том дерьме, которое произошло. Я должен был навестить тебя в больнице после аварии. Должен был… Господи, я должен был прийти на похороны твоей мамы. Прости меня, Ривер. От чистого сердца.

– Принимается. Я рад, что ты пришел.

– Правда?

– Ага.

Его лицо озарилось благодарностью, и он обнял меня.

– Прости, чувак.

Я похлопал его по спине и отстранился, пока не прорвало плотину эмоций.

– Все хорошо.

– Так что там насчет свидания… – Донти прокашлялся. – Он горяч или как?

Я расхохотался.

– Заткнись.

Он усмехнулся.

– Вполне уместный вопрос.

– Полагаю, он симпатичный. Я об этом не думал, если честно.

Он не Холден.

Донти нахмурил брови, как будто прочитал мои мысли.