Рая Лисицына, читавшая на ночь «Что ждет после смерти», теперь знала точный ответ на этот вопрос.
На какой-то момент прямо-таки оцепенела, но тут же спохватилась, заметалась по квартире с полотенцем, лихорадочно протирая все, чего касались руки: мебель, выключатели, компьютеры, дверная ручка… Телефон зазвонил снова, но я не рискнула взять трубку. Так, вроде навела порядок. Осторожно приоткрыв дверь, выглянула на лестничную клетку. Никого! Чуть ли не на цыпочках подошла к лифту, но передумала и пешком спустилась по лестнице.
В безопасности почувствовала себя только дома, загнав «Пежо» в гараж.
– Мамуля, – заорала Маня, – дядя Женя звонит.
Женя недовольным голосом сообщил, что ждал меня на работе почти до восьми, если не надо, то…
– Женечка, прости, не успела.
– Как правило, да, – ответил осторожный, привыкший во всем сомневаться эксперт.
– Допустим, нашли отпечатки, а их нет в картотеке, ну, не привлекался ни разу оставивший их, тогда что?
Женька хмыкнул:
– Тогда ничего, не с чем сравнивать. У всех, кто проходит по делу, берут отпечатки и потом смотрят. А ты что, криминалистику изучать решила?
– Да нет, просто так. Завтра непременно приеду.
– Ладно, а сейчас дай телефон Войцеховских, хочу насчет Лиззи посоветоваться.
Очень плохо запоминаю цифры. Пообещав перезвонить через несколько минут, принялась искать записную книжку. Так, куда же она запропастилась! Вытряхнула содержимое сумки, но и там ее не оказалось. Неужели потеряла… маленькая, плоская, электронная – подарок Мани на прошлый Новый год. Где же я ее оставила? И тут волна ужаса понеслась от затылка вниз по спине. Боже, книжка лежит себе преспокойненько под столом на кухне у несчастной Раи Лисицыной.
Глава 24
Утро не принесло облегчения. Еле-еле дождавшись, пока Маня отправится в колледж, а Кеша с Зайкой в институты, я вскочила в «Пежо» и покатила на Весеннюю. Вчера, на мое счастье, лифтерша отсутствовала. Сегодня бдительно спросила:
– Вы к кому?
– Я из поликлиники, в 52-ю квартиру.
Консьержка задремала. Из соображений конспирации я доехала до пятого этажа, а дальше потопала пешком. На седьмом тишина. Потянула дверь, она легко подалась. Слабый утренний свет едва освещал коридор. И тут в дверь позвонили.












Комментарии
Добавить комментарий