— Да, о да! Смелый, умный, верный! Смелый Гурджи всегда находит нужные вещи! Когда-то он разыскал потерявшуюся поросюшку. Потом он обнаружил злой Черный Котел! Теперь он разнюхал могущественные секреты для доброго хозяина!

Тарен улыбнулся возбужденному Гурджи.

— Ты и в самом деле нашел самые великие тайны. Но они не мои, я не могу оставить их у себя. Я открою их людям Придайна. Они по праву принадлежат всем.

— Тогда раскрой перед ними и это, — сказал Даллбен, протягивая Тарену тяжелый, обтянутый кожей том, который он до сих пор держал под мышкой.

— «Книга Трех»? — воскликнул Тарен, удивленно глядя на волшебника. — Я не осмелюсь…

— Смелее, мой мальчик, — ободрил его Даллбен, — ты не обожжешь рук и не покроешься волдырями, как это когда-то произошло с чересчур любопытным Помощником Сторожа Свиньи. Теперь все ее страницы открыты для тебя. «Книга Трех» больше не предсказывает то, что должно произойти. В ней записано лишь то, что было. Осталось лишь вписать последние слова на ее последней странице.

Волшебник взял со стола птичье перо, открыл книгу и вывел смелой твердой рукой:

«И таким образом Помощник Сторожа Свиньи стал Верховным королем Придайна».

— И это тоже немалое сокровище, — сказал Гвидион, кладя ладонь на кожу книги. — «Книга Трех» теперь стала и историей, и сокровищницей знаний. Не представляю, что же большее можно подарить тебе. Не могу предложить тебе и королевские отличия, потому что настоящего короля отличает его сердце. — Высокий воин положил руку на плечо Тарену. — Прощай. Мы больше не встретимся.

— Возьми тогда в память обо мне Дирнвин, — сказал Тарен.

— Дирнвин твой по праву, — выставил ладонь Гвидион, — как это и должно быть.

— Но Аровн убит, — возразил Тарен, — зло повержено, и для огненного меча больше нет дела здесь, в Придайне.

— Зло повержено? — нахмурился Гвидион. — Ты научился многому, но усвой и этот последний и самый тяжкий урок. Ты победил только носителей зла. Это было, пожалуй, самое легкое из всех твоих испытаний. Только начало, а не завершение дела. Неужели ты думаешь, что само зло можно победить так быстро? Нет, оно живо, пока люди будут ненавидеть и убивать друг друга, пока жадность и неразумный гнев будут подстрекать их. Против этого даже огненный меч бессилен. Доброта, согревающая человеческие сердца, — вот то пламя, которое невозможно погасить.

Эйлонви, стоявшая до сих пор молча в стороне, теперь подошла к Тарену. Глядя ему прямо в глаза, девушка медленно вытащила из складок плаща золотой шар.

— Возьми это, — тихо промолвила она, — хотя он горит не так ярко, как любовь, которая зажглась между нами. Прощай, Тарен из Каер Даллбен. Помни меня.