Самый важный вопрос, который желаю задать ворону — жив ли Астер?

Раз Хеймд его ворон, то быть может, между ними имеется некая связь?

Что ж, сейчас я лишь могу гадать и строить предположения. Чтобы знать наверняка, мне нужно найти Хеймда и спросить его.

Ох, как же мало знала Изабель. Уж о таком-то нужно было знать!

Но мои мысли прерываются. Навстречу несётся Элен. Она причитает громко и в три ручья ревёт.

— Горе-то какое, графинюшка! Я уж было решила, что убили! Что нет больше моей Изабелюшки! Все только и говорят, что кровищи, кровищи-то!..

Я не успеваю спрятаться или убежать от неё и оказываюсь в крепких объятиях мамушки. Она меня сдавливает, что едва рёбра не трещат, и я едва могу говорить.

— Мамушка… — сиплю. — Я жива… Пусти…

— Госпожа графиня ранена! — спасает меня служанка.

— Ранена?! — восклицает Элен. — Где? Где, девочка моя? Что эта падаль Тинария сделала-то?!

— Ногу подвернула, — отвечаю ей. — Целителя позови. Пожалуйста. А я в опочивальню… Дурно мне…

Элен заквохала надо мной точно наседка, но вскоре убежала за целителем, приговаривая, что оторвёт руки и ноги Зеррану, и зубы его золотые выбьет и на новые украшения для меня пустит.

* * *Позже, уже в своей комнате, оставшись одна, я раздеваюсь и смотрю на себя в мутный металл, именуемый тут зеркалом. Делаю глубокий вдох, не обращая внимания на ощущение неясного мне волнения и страха в районе солнечного сплетения, и закрываю глаза. Я сосредотачиваюсь на потоке силы, текущей под моей кожей. Я чувствую её — силу. Я вдруг вижу, словно со стороны своё тело, обведённое сияющим контуром.

Голубое свечение переливается подобно северному сиянию.

Красиво.

Открываю глаза и сперва вижу перед собой лишь мельтешащие мушки, но вскоре зрение возвращается.

Вздыхаю.

Смогу ли я выжить в этом мире?

Ответа нет. Но лишь от меня и моих поступков зависит моё новое будущее.

Вздыхаю. Гляжу на бумаги и документы. Понимаю, что ничего я сейчас не смогу сделать, даже письмо не напишу.

Я устала. Вымотана так, будто всю энергию из меня вынули. Опустошили до самого дна.

Моя раненая лодыжка всё еще пульсирует. Я надеваю длинную рубаху и забираюсь в постель. Дожидаюсь целителя.

Глава 10

* * *Его Величество король Роланд Первый

Высоко в голубом и ясном небе парит сокол.

То он поднимается в самые небеса, становясь крошечной точкой, то вдруг, камнем падает вниз — грозный пернатый хищник, заставляет мышей и мелких птиц прятаться лучше.

Но сокол не ищет добычи.

Птица наслаждается полётом. Сокол разворачивает упругие сильные крылья и играет с ветром.

Сильные крылья слушают его и уносят птицу ещё выше и выше, к самому светилу.

Сокол свободен и он упивается простором и своей свободой. Птица летает и летает, и кажется, никогда ему не надоест полёт в небесной выси.