"

"Есть и такой дар, когда человек крайне чутко ощущает грядущие события, если сделает тот или иной поступок. Называю про себя этих людей «интуитами». Но подробностей об этой силе очень мало.

А есть ещё люди, что обладают даром «иного» голоса. Крайне редкий дар. Встречается реже искаженцов воли.

В книге одного мудреца сказано: «иной» голос в минуты горя и отчаяния даёт надежду, ободряет, успокаивает. Таким голосом человек может и ужасать, или же побуждать к делу нужному. И лишь от совести и души человека зависит: во зло ли будет действовать, либо во имя добра.

Я понимаю, что есть некая параллель между искаженцем воли и магом с «иным» голосом.

Также, есть важная и добрая новость для меня. Людей с «иным» голосом считают едва ли не посланниками Инмария! А это значит, моё известие королю и гильдии об открывшемся у меня даре должны встретить на ура!

Надеюсь на это.

Что ж, пора писать письмо королю и найти верного человека, что сможет отправить моё послание тайно и управляющий о нём не узнает.

Помоги мне, Инмарий.

* * *Управляющий Зерран Лойский

Соскребаю с челюсти последние волоски и вымываю бритву в медном тазу. Затем насухо протираю её тряпицей, и бережно убираю в шкатулку.

Промокаю лицо, а затем, гляжу на своё отражение в блестящей металлической поверхности. Зеркало хоть и мутное, но дорогое, привезённое из самой столицы южного королевства.

Я люблю любоваться собой.

— Сегодня ты ещё лучше, чем вчера, Зерран! — говорю самому себе, улыбаюсь и с удовольствием провожу ладонью по гладкому подбородку.

У меня очень хороший подбородок — волевой. Признак силы, авторитета и мужественности.

Мне часто говорят, что это значимая часть моего образа. Верно, говорят, хотя и остальное во мне не хуже.

Поворачиваюсь вправо, затем влево — наслаждаюсь видом самого себя. Мало, у кого встретишь столь совершенные черты лица и тела.

Лишь благородный господин может быть таким великолепным. Простолюдины такими, как я, не рождаются. И силу, подобную мне, не имеют.

С неохотой отворачиваюсь от отражения своего и направляюсь в свой кабинет, по ходу, натягиваю алую рубашку.

Подхожу к столу, где стоит поднос с изысканным завтраком.

Хмыкаю про себя и усмехаюсь, когда вспоминаю о глупой графине. Она явно выжила из ума. Уже просит поваров готовить ей пищу хуже, чем для простолюдинов. То кроликов просит потушить, то похлёбку из овощей сварить.

Быть может, оно и лучше, что живой осталась. Легче будет безумие ей приписать и в монастырь справить, или же, замуж выдать за того, кто волю мою изъявлять станет. Ещё лучше, ежели, Его Величество меня выберет, и жениться на графине поручит. Заложил я подобную мысль в письмо своё.

Должен король принять верное решение. Должен.

Аппетит у меня сегодня совсем не тот.