И дело это тут называется «поташное ремесло» — по названию вещества «поташ», получаемого из древесной золы. Берётся поташ и жиры и варится самое настоящее мыло.

Простые же люди в качестве очищающего средства пользуются полусырой картошкой или ещё проще, кто совсем беден, как это было в моём графстве совсем недавно — золой. Но у моих людей порой и золы не было, грязные ходили, особенно если учитывать тот факт, что мыться-то часто не принято."

"Но я быстро всех своих отучила от этой вредной привычки. Бани в особенности помогли. После хорошей пропарки сложно грязным из бани выйти. Такой почесун у многих случился, что отскребались люфой и мылом и скрабами на меду только так.

В общем, да здравствует чистота!

Мы коллективным мозговым штурмом вывели формулу и состав будущего мыла: шестьдесят три процента копрового масла (Маркус достал чудесный ингредиент!), девять процентов морской воды и двадцать восемь процентов обычной воды. А дальше уже наши дамы начали экспериментировать.

И так во всём. Мне особо не приходилось сильно выдумывать, главное направить, задать нужный вектор и люди сами творили новое!

Вот это действительно чудо.

Наступает утро. Едва солнце окрашивает небо, ещё деревья сонливо шелестят ветвями, роса с травы ещё не сбежала, а уже каждый спешит трудиться. Ведь день короткий, успеть охота каждому как можно больше.

Моей гордостью становится стекло — ещё пока хрупкое, кривое, всё в пузырях, но самое настоящее стекло.

Мастера, что трудились до седьмого пота каждый божий день и слушали мои причитания, недовольства, молчали, когда выносила им мозг, прыгали от радости и кричали так рьяно и счастливо, как даже на рождение детей не радовались. Ещё бы, стекло… А потом зеркала.

Маркуса и Антония я тоже порядком заклевала. Конечно, зеркала — это вам не металл начищенный и не серебро. Отражение такое, словно двойника видишь. Дико, страшно, но так захватывающе интересно.

Антоний взял на себя ношу донести до всех, что зеркала безопасны и это не изделие из мира Тинария.

Пока он этот вопрос не решит, в промышленных масштабах зеркала не делаем, но зато обеспечили ими всех себя в замке, а кто-то из деревень оплатой за работу себе взял. У меня нынче в деревнях люди хорошо живут, зажиточно. Кто воровать сначала пытался — свои же на путь истинный и вернули, кому и слова оказалось достаточно, а кого и мордой по земле пришлось повалять, да пару рёбер пересчитать.

В замке слюдяные оконницы заменялись на стеклянные. Я кривилась, видя их несовершенства, а остальные замирали от восторга.

Стеклянная посуда — второй этап, которым озадачила мастеров. Но те уже знали, что смогут. Однозначно смогут.

Керуш продвинулся в изучениях природы человеческого тела.