Столько дней без него, в постоянном напряжении и волнении! Бессонные  ночи, страх и переживание – угнетали меня, ломая что-то внутри!

А он… продолжает держать свою оборону, словно на войне,  игнорируя моё состояние! Ведь знает, как мне было важно, доказать убийство родителей!

Выхожу на улицу, не оглядываясь, сажусь в один из внедорожников, которые должны были меня сопровождать и мы уезжаем. Лишь  оказавшись в машине, я даю волю слезам, только, к сожалению, от этого легче, совсем не ставало….

Глава 26. Решение...

Кладбище, на котором были похоронены мои родители, находилась достаточно далеко от дома Давида, поэтому мы ехали к нему больше получаса. По пути, я потребовала одну остановку возле аптеки, под предлогом купить успокаивающие и обезболивающие таблетки. Нервы были на пределе! Заодно покупаю тест на беременность, чтобы подтвердить или опровергнуть возникшие подозрения.

Будет очень хорошо, если всё же, окажется, что я не беременна, ведь мы с Давидом совсем мало вместе, и вообще, с нашими напряжёнными отношениями, его криминалом и опасностью, ребёнок был не вовремя.

Хотя в глубине души, меня грела мысль стать мамой и родить ребёночка от любимого мужчины. Не смотря на то, что мне девятнадцать, я так и не поступила в институт и ничего не добилась в жизни!

На кладбище, почти уже все собрались. Было человек пятнадцать, которых я впервые видела. Знакомлюсь почти со всеми, кроме одного мужчины. Он стоял в стороне, в чёрной широкой шляпе  и солнцезащитных очках. Солидно одетый и такой представительный. Примерно пятидесяти лет. От чего я сразу сделала выводы, что это кто-то из начальства банка. Очень приятно, что кто-то из них, почтил память моих родителей, своим присутствием.

Я благодарю всех за поддержку, за то, что пришли, а мне высказывают соболезнования. Интересуются, как я справлялась одна, и рассказывают, как много и часто говорили обо мне родители. Машинально тянусь к кулону, а там его нет! Давид так и не вернул мне его, хотя по идее, он  был ему уже не нужен.

Стою, молча, и не могу удержать горьких слёз, ведь так обидно, что всё слаживалось подобным образом. Чувствую себя сейчас, никудышней дочерью, которая не смогла позаботиться, даже об элементарном – сохранить последний подарок родителей.

- Алеста, - слышу голос Ника, и его рука мягко ложится мне на поясницу. – Ты плачешь?

- Прости, просто воспоминания нахлынули, - оправдываюсь я, вытирая руками слёзы. – Для того и поминки..., - добавляю, пытаясь улыбнутся.

- Я уезжаю…, сегодня вечерним рейсом. Нет смысла ждать, если ты уже решила не ехать со мной, - говорит он, обнимая за плечи.

Я машинально оглядываюсь по сторонам, замечая людей Давида на достаточно приличном расстоянии, и сразу быстро успокаиваюсь.