Я рассчитывала побыть на кухне некоторое время в одиночестве, но все уже были там и распределяли, кто будет готовить завтрак. Соответственно, моё появление не прошло незамеченным, положив конец вялому спору: варить кашу или всё-таки сделать яичницу с беконом.

— Сырники с изюмом, и достаточно. Если кто-то будет против, может ещё блинов нажарить — с удовольствием место у плиты уступлю.

— Госпожа Милó, вы как? — поинтересовался Савáн, заглядывая мне в глаза. — Венечка сказал, что вы силой, дарованной хозяйке таверны, воспользовались, поэтому вам может быть плохо первые дни. Вот мы вас и не беспокоили вчера, думали, что ранее завтрашнего дня вообще не появитесь.

Ну да, как же я могла забыть про вампирчика, который остро чувствует магические колебания, даже когда спит."

"— Нормально, Савáн. Спасибо всем за беспокойство, но со мной всё в порядке, — я повязала фартук и полезла на полку за мукой,так как Липа уже принесла творог и яйца.

— А вы именно так заставили проверяющего расплатиться? — робко поинтересовалась девушка, заливая изюм горячей водой.

Я замерла прямо с ситом в руках, не понимая, о чём идёт речь:

— В каком смысле «так» и что значит «заплатить»?

Савáн показал рукой на соседний стол, на котором лежал объёмный полотняный мешочек:

— С помощью магии. Мы, когда утром вчера пришли на кухню, обнаружили его и подумали, что это проверяющий расплатился, так как, кроме него, больше было некому. Даже трогать и пересчитывать не стали, подумав, что вам самой будет интересно узнать, сколько он оставил, ведь на учётной доске всё сошлось.

— Савáн, посчитай, пожалуйста, сколько там?

Чёртику два раза повторять не пришлось, деньги он любил. В том смысле, что считать и вносить в доходно-расходные и прочие учётные книги. Интересно, с чего бы это Гараю было возвращаться и оставлять деньги? Совесть заела? Так раньше надо было думать, ведь я самолично за него расплатилась, и только после этого доска показала полный расчёт.

— Госпожа Милó... — как-то странно замялся чёртик. — Тут не только за проживание за две недели, но и за те два дня... И чаевые. Щедрые...

Значит, вот как... Ладно. Мне денег демона не нужно.

— Чаевые поделите между собой, без учёта меня, остальное — в резервный фонд. Таково моё решение, и оно обсуждению не подлежит. Всем ясно?

Грасс с Венечкой переглянулись, но ничего не сказали. Не знаю, что там эти двое подумали, но пояснять что-либо не собираюсь. И так в груди малейшие воспоминания о Гарае отзываются болью. Первая партия изюма уже достаточно разбухла, чтобы её можно было слегка подсушить на полотенце, поэтому я занялась просеиванием муки, иначе за всеми этими разговорами постояльцы точно не дождутся завтрака.