Перемеряла самые роскошные платья. Загоняла слуг, требуя от них почти невозможного. И при каждом шорохе с улицы подбегала к окну. Ждала, что появится Джерард. Войдет с парадного входа, а она будет стоять в холле и ждать его по молчаливому обычаю. Он подойдет и обнимет ее, как всегда, окутает запахом моря и корабельной смолы. Поцелует в губы. Скажет, что все хорошо…

Но он так и не появился.

А вечером третьего дня Инесс узнала, что еще на рассвете “Бурерожденный” снялся с якоря и отправился к Грани.

– И он ничего мне не сказал, – пробормотала она, чувствуя, как внутри все закипает.

Ловить на себе косые взгляды слуг было невыносимо. Кто-то жалел ее, кто-то злорадствовал. Большинство местных жителей относились к Инесс с опаской, ведь она была негласной хозяйкой Лабард-и-Нара, могла казнить и миловать в отсутствие принца. Но последней каплей стал разговор с графом ди Лером.

За десять лет к принцу прибились разные люди. Так что в замке помимо Инесс и Джерарда проживал еще десяток опальных дворян. Все это время они ждали, что дочь герцога ди Ресталь выйдет замуж за принца.

– Что вы думаете делать? – остановил граф ди Лер, когда она направлялась в свои покои.

– Не понимаю, о чем вы, – Инесс дернула плечом, собираясь обойти мужчину.

– Понимаете, леди, – он загородил дорогу. – Ваш отец недаром отправил меня сюда. Вы знаете, что он тайно собирает единомышленников. Тех, кто хочет вернуть на трон династию Лабардов. А вашему роду суждено стоять рядом у трона. Будет жаль, если его планы не сбудутся.

Граф пристально глянул Инесс в глаза и добавил уже другим тоном:

– Но ещё больше жаль потерянных лет, отданных мужчине, который так и не оценил вас по достоинству.

Она гневно поджала губы.

– Это не ваше дело, граф! Со своей личной жизнью я сама разберусь!"

"Но слова ди Лера разбередили ноющую рану. Не в силах оставаться в замке, Инесс приказала оседлать лошадь, накинула плащ и верхом отправилась в город. Ревность и обида гнали ее вперед, посмотреть на соперницу. Кто же та женщина, из-за которой Джерард стал сам не свой?

Слуги сказали, она работает в трактире. А что если Джерард сейчас там? Что если он остался там ради нее?

Инесс кусала губы от злости и пришпоривала лошадь, заставляя ту гнать на пределе сил.

У подножия холма осадила животное. Дала себе несколько минут отдышаться, поправила капюшон и уже спокойным шагом вошла в город.

С пирса раздавалась залихватская музыка. Там, как всегда, гирлянды ярких фонарей освещали Дом Утех. Трактир Пьесов был не так освещен, да и музыка в нем не играла. Но горящий фонарик над дверью показывал, что заведение открыто.

Оставалось только войти.