На глазах выступили злые слезы, но она не дала им скатиться. Замерла, глядя на огромную тучу, закрывающую почти весь небосвод.

– Ну и пусть! – повторила с непривычным упрямством. – Он мне тоже не нужен. Никто не нужен! Я сама найду способ выбраться отсюда и вернуться домой!

Прямо над ее головой сверкнула молния и почти сразу раздался оглушающий гром. А потом хлынул ливень.

Диана сразу промокла до нитки, но и не думала убегать. Стиснув зубы, она приблизилась к колодцу, подцепила ведро на пустующий крюк и сбросила вниз.

Ржавый ворот со скрипом закрутился, разворачивая цепь. Недостаточно быстро, чтобы ведро сорвалось. Раздался хлюпающий звук. Ручка ворота оказалась в самой высокой точке. Диане пришлось встать на цыпочки, чтобы дотянуться до нее. Повиснув всем весом, она сумела заставить ворот двинуться с места.

***

Ливень моментально превратил двор в топкую грязь. Диана едва не упала, поскользнувшись, когда возвращалась. Повезло, что проходы узкие, и она успела схватиться за стену. Только воду слегка расплескала, да ударила себя ведром по ноге. В трактир ввалилась вся мокрая, злая и грязная. Сарафан и босоножки были безнадежно испорчены, ниже колена расползался безобразный синяк.

– А я ведь предупреждала! – ехидно напомнила Лурдес, увидев разводы грязи на подоле. – Лучше бы мне продала!

Диана молча обошла ее. Поставила ведро и направилась к лестнице, ведущей на чердак.

– Эй, ты куда? – забеспокоилась госпожа Пьес. – Не вымоешь пол – кормить не буду!

– Переоденусь! – не оглядываясь, процедила Диана.

От тришкиного платья несло потом, а грубая ткань цеплялась за кожу и вызывала неприятные ощущения. Будто за пазухой ползал мерзкий жук с мохнатыми лапками.

В детстве с ней однажды такое случилось. Как-то она убежала от няни и по неосторожности вышла за пределы особняка. В лесу играли мальчишки из соседнего посёлка. И поначалу девочке даже показалось, что она нашла друзей. Пока они не засунули ей за ворот огромного жука-бронзовку.

От нахлынувших ассоциаций Диана передернула плечами.

Даже сейчас, спустя столько лет, воспоминания отдавали отвращением и обидой. Почему те мальчишки с ней так поступили? Ведь она ничего им не сделала, просто хотела подружиться."

"С тех пор Диана повзрослела и поняла: дружить с чужачкой, которая во всем отличается, никто не станет. Всего несколько часов в этом мире – а она уже ощущает свою инородность так остро, как никогда.

Потому и натягивала сейчас засаленное, пропитанное чужим, неприятным запахом платье. Желала хотя бы одеждой слиться с толпой остальных женщин.

Гадкое ощущение прикосновения мохнатых лапок к коже не проходило. Но Диана заставила себя абстрагироваться от него. Ничего, главное пережить этот вечер. А к ночи все постирает.