Более того — король Чили признал его официальным другом государства. А Ци-ван, после того как его прокатили на Золотом Драконе, говорят, надолго затих. И, простите, господин, но ходят слухи, что Император Поднебесной обделался прямо в воздухе. Что там произошло между Филиновым и Ци-ваном — до сих пор загадка.

Нобунага отводит руку от доски и поднимает бровь:

— Что?.. Филинов уже давно расправился с антарктическими монахами?

Такеша отвечает спокойно, выкладывая чёрный камень с приглушённым щелчком об доску:

— Уже несколько недель назад, мой дайме.

— Почему я только сейчас слышу об этом⁈

— И не впервые.

Я докладывал тогда, но вы спешили к новой наложнице.

Ода Нобунага хмурится. Вспоминает ту наложницу. К такой, разумеется, грех не спешить. И всё же лицо его искажает лёгкая досада.

— Что ещё по Филинову? — спрашивает дайме, нахмурившись. — Он чего-то добился? Вырос в титулах?

Про себя Нобунага вздыхает. Жалко расставаться с замком в провинции Нюга… Хорошее место, удобное, с садом. Но именно он русскому графу по чину — точнее, по титулу — как раз подошёл бы. А другого свободного поместья среднего уровня сейчас и нет.

Такеша кивает, продолжая партию:

— Филинов значительно усилил позиции в Российском Царстве. Его земли растут, как мхи после ливня. Осваивает рудники, плавильни во Франции. Это та редкая руда, нужная для проводимости артефактов.

— Плавильни?.. — Нобунага вздыхает с завистью. — Хорошее приобретение. Особенно сейчас, когда ценность артефактов выросла после открытия магических технологий другого мира…

— Именно, дайме, — подтверждает Такеша. — Кроме того, виноградники в Римской провинции, что Филиновы недавно приобрели, стали плодоносить чаще обычного.

Речь о редчайших сортах. Вина с тех лоз считаются эталонными. Доходы с виноградников точно выросли после того, как урожай усилился благодаря его главной супруге-друидке. А ещё Филинова признали королём…

Нобунага вскидывает голову от доски. Рука с чёрным камнем замирает в воздухе.

— Филинов уже король? Блин, что я ещё пропустил мимо ушей, когда собирался к новой наложнице?

— Признан королём Золотого Полдня, — спокойно подтверждает Такеша. — Королевства остроухих иномирян.

Наступает пауза. Нобунага молча смотрит на доску.

Камни, словно слившись в единый узор, становятся непроницаемыми, тяжёлыми. Каждый будущий ход кажется обречённым на проигрыш.

— Королём… — бормочет он. — И когда только успел? Тогда замок в провинции Нюга ему не по чину. Теперь этим не отделаться. Надо было отдать раньше. А теперь придётся платить дороже.

Такеша не выказывает ни тревоги, ни сочувствия. Его дело — ответственно выполнять свою работу, а не тревожиться или сочувствовать.

— На вашем месте, мой дайме, я бы не тянул.