Да, я виноват, что при прошлом вызове ложно принял глубокий обморок и отсутствие магических потоков за смерть, но тому была причина, – он понизил голос. – Волчица графини покинула нас, уйдя за грань.

Ахнули все, а дамы и вовсе побледнели.

– Сильвестр Никанорович, как вы могли? – тихо прошептала Варвара.

– Не виновата моя дочь в этом, – грузная женщина, что являлась свекровью Настеньки, обняла Ирину за плечи.

– О чём вы говорите, Домна Игоревна? В чём не виновата? – молодой маг быстро развернулся в сторону женщин, и мне показалось, что на мгновение зрачки его глаз стали вертикальными.

– Я был свидетелем, всё могу рассказать, – Данила выступил вперёд.

Рука Варвары с силой сжала моё запястье."

"– Она сама обернулась! Я не заставляла и не просила! Настя непременно хотела показать свою белоснежную волчицу! Эка невидаль, белая волчица, – взвизгнула Ирина и полностью спряталась за широкую спину матушки. – Данила стоял на крыльце и всё видел.

Собравшиеся в гостиной, дружно посмотрели на парня.

– Говори, оборотень, – позволил маг, не назвав Данилу по имени.

Может, ниже его достоинства?

– Нечаянно это вышло, – неожиданно тихо выдавил из себя всегда уверенный молодой человек и виновато уставился в пол.

Что тут вообще происходит? Неужели он кого-то испугался? Но кого? Я огляделась и увидела, что Варвара очень строго смотрит на него.

– И это всё, что ты хочешь сказать? – в голосе мага появились стальные нотки. – Смотри мне в глаза, – подойдя к Даниле, молодой человек схватил того за подбородок. – Стоило вас проверить бы на камне правды. Непременно, так и сделаю, но не сейчас. Госпожа Анастасия Петровна, – он обратился ко мне. – Наверно, вы понимаете, чем это вам грозит?

– Чем? – я оглянулась на Варвару, ища поддержки.

– Ваш траур по умершему мужу закончился? – поинтересовался страж порядка, пройдясь по мне масленым взглядом.

– Да, вчера прошло ровно три месяца, – вновь вклинилась Ирина. – Видите, она же на следующий день сняла траур. Сразу светлое платье надела. Не любила она моего брата, – всхлипнула родственница. – Приличные леди несут память о муже всю жизнь, а эта…

– Госпожа, ваши замечания к делу не относятся, – маг осадил болтушку. – А относится вот что, – он жестом подозвал к себе одного из сопровождающих его констеблей. – Согласно разделу номер двадцать пять Уложения о благородных оборотнях…

– Нет, – прошептала Варвара, оседая.

Данила в одно мгновение оказался рядом и усадил женщину на стул. Доктор тут же открыл саквояж, но женщина злобно посмотрела на него, отмахиваясь и произнося:

– Вам будет заплачено всё до последней монетки и больше прошу нас не посещать.

Столько решимости было в её словах, что Сильвестр Никанорович отшатнулся.