Я – твоя матушка, и ты должна обо мне заботиться до старости, – смотри-ка, и Домна Игоревна, пятясь к дверям, всю спесь растеряла и побледнела даже.

Жаль, память молчит и не подсказывает, так ли это на самом деле. Разберёмся, но терпеть визгливых родственниц бывшего мужа-подлеца, тем более не моего, не намерена.

Данила для острастки нахмурил лицо и развёл в стороны руки. Вредных женщин тут же, как ветром сдуло.

– Настенька, что ты наделала?! Как у тебя хватило ума и смелости разговаривать на повышенных тонах с магом высшей категории? Ты понимаешь насколько шаткое твоё положение, милая? Благородная оборотница стала простым человеком, – стоило обиженным родственницам покинуть мой дом, Варвара тут же начала читать нотации. – А этот хитрый лис Флор имеет право не просто судить на месте, но и приводить приговор в исполнение. Ходячий суд и палач в одном лице, – шепнула няня, оглядываясь на двери. – И он никогда не покидает своего кабинета просто так. Увидев его на пороге, я сразу поняла, почему он сам пришёл, а не подручных прислал. Не смог простить давнишнего отказа. Раньше ты никогда не смела даже в глаза ему посмотреть, не то, что дерзить. Даже отказывала в просьбе о руке и сердце тихо, опустив глаза в пол.

Как же мне хотелось крикнуть в ответ, что я не Настенька и даже не графиня Анастасия Петровна. И что мир не мой, и что это всё богатство мне и даром не нужно, но сдержалась. Не время для истерики.

– Варвара, я помню, ты хотела меня покормить? – прервав словоизлияния няни, погладила ту по руке.

– Ох, и забыла совсем, душа моя. Присаживайся, сейчас и суп, и жаркое, и горячий чай подам.

Оставшись в гостиной одна, я осмотрелась. Очень хорошая добротная, можно сказать, дорогая мебель. Статуэтки и вазы ручной работы. Интересно, сколько это всё может стоить? Так, нужно увидеть закладные. Очень надеюсь, что они перешли в руки Настеньки после смерти мужа и их не нужно выцарапывать у свекрови, а то мы как-то не по-доброму расстались.

– Что ж ты стоишь, не садишься? – нянюшка показалась в дверях с подносом. – Данила, неси чайник! – крикнула она назад.

– Уже тут, мама, – детина, улыбаясь в тридцать два зуба, поставил огромный самовар на стол.

Через несколько минут Варвара наливала ароматный суп из супницы, а молочный брат ставил жареную утку, обложенную картошкой, на стол. Что ж, не голодаем, уже хорошо.

– Приятного аппетита, графиня, – поклонилась Варвара, и мои единственные домочадцы направились к дверям.

– А вы куда? – удивлённо спросила я.

– Огород проверить, – улыбнулась Варвара. – А Данила за дровами в лес пойдёт. Вернётся, покормлю.

– Нет, сделаем по-другому, – я отодвинула тарелку. – Варвара, ты присаживайся со мной обедать, а Данила, пока посторожит на улице, чтобы нам не помешали.