Куски акулятины выкладывали слоями, пересыпая каждый слой солью. Когда же бочки заполнялись доверху, их закрывали крышками, наваливая сверху камней в качестве гнета.

Ланселот с Винсом смотрели на мою деятельность как, наверно, я бы глядела на инопланетян, занимающихся чем-то может и очень полезным, но абсолютно непонятным. Ну и ладно. Прогресс до людей обычно доходит не сразу, а вот его результаты бывают весьма весомы и очевидны.

В подсохший глиняный цилиндр я велела накидать дров, порубленных на чурбаки, после чего поджечь. При этом, разумеется, сухих дров в деревне не оказалось – рубить лес на топливо запрещал прямой указ короля, а на постройки выделялось крайне ограниченное количество деревьев.

Что ж, коли так, я велела разобрать какой-то сарай и пустить его на дрова, после чего некоторые жители деревни начали посматривать на меня косо – мол, что еще учудит хозяйка разрушенной крепости?

Но объяснять что-либо не было времени, слишком уж захватил меня процесс! Объективно говоря, ни заготовкой угля, ни уж тем более выплавкой руды я никогда не занималась. Но в силу своих бывших увлечений природным экстримом примерно представляла что к чему - ну и опыт работы в строительстве подсказывал некоторые моменты.

.."

"В общем, когда глиняный цилиндр подсох, а дрова были нарублены, я велела загрузить их в получившуюся печь доверху и поджечь.

Сухое топливо разгорелось быстро, но полностью сгореть мы ему не дали. Заткнули поддув, накрыли печь крышкой, края которой для герметичности дополнительно обмазали глиной, после чего я велела освободившимся работникам начать дробить добытую болотную руду на куски – чем мельче, тем лучше.

Подошел Ланселот, и негромко поинтересовался:

- Хозяйка, ты уверена, что всё делаешь правильно? Люди уже устали, и поговаривают, будто ты колдунья, которая заставляет их делать непонятные вещи.

Засы̀пала еду горьким камнем и теперь плющишь ее в бочках. Заперла огонь в глиняной тюрьме. Теперь заставляешь раскалывать болотные камни, в которых, как считают некоторые, заключены души тех, кто утонул в трясине. Так и до бунта недалеко.

- Ты ошибся, рыцарь, - улыбнулась я. – Я никого не заставляю. Все эти люди свободны, и могут как отказаться делать что-либо, так и уйти в любой момент.

Но ты прав. Они и правда устали, так что объявляй конец работы. Пора готовиться к ужину, после которого лучше лечь спать пораньше. Потому, что завтра нас ждет еще более трудный день.

Глава 18

Ночью сбежали четверо.

Целая семья.

Мужчина, его мать с женой, и ребенок.

Об этом мне доложил начальник охраны башни сразу же, как я проснулась.

И это было обидно.

Но я нашла в себе силы не показать своих эмоций и лишь пожала плечами.

- Они не сбежали, Винс. Они просто ушли. Имели на это право.