— Я просто не хотел, чтобы Ани раньше времени поняла, что я ищу способ выгодно расторгнуть договор. Но теперь! — сухой тон сменяется вспышкой ярости, и смотрит при этом герцог на Эшли. Не знаю, на кого он злится, вряд ли именно не Эшли, но достаётся ей.

Эшли вспыхивает, стискивает кулаки.

Интересно, а хоть кто-нибудь из весёлой компании осознаёт, как некрасиво звучат слова герцога.

Невеста услышала:

— Герцог, то есть вы признаётесь, что искали способ обойти условия договора, заключённого нашими отцами? Как мило. Вы не только нарушали договор, не только унижали меня публичными свиданиями со своей пассией, но и обманывали меня, заверяя в своих искренних чувствах. Кажется, мне стоит вернуть вам ваши недавние письма.

Хм, а невеста нравится мне всё больше и больше, пришла подготовленной.

Она достаёт пачку белых листов без конверта и небрежно бросает герцогу в лицо. Письма разлетаются по полу.

Эшли молниеносно хватает несколько из них, раскрывает.

— Как ты можешь, это мои письма! — герцог пытается выхватить листы из её рук.

Эшли отпускает. Она успела прочесть главное:

— «Милая», «Люблю тебя всем сердцем»?! Ты мне лгал!

— Нет же.

Невеста, теперь уже бывшая, теряет интерес к происходящему, отворачивается. К выходу она идёт как королева, с высоко поднятой головой и мягкой ничего не значащей улыбкой на губах. Официант по моему знаку останавливает леди и подаёт ей бумажный пакет с пышкой безе и картонный, да у нас есть и кофе на вынос, стаканчик фирменного латте:

— Комплимент от хозяйки, — поясняет парень и, поклонившись, отходит.

Леди слегка наклоняет голову, встречается со мной взглядом, и мы обмениваемся кивками.

— Ани! — герцог зачем-то пытается её удержать.

— «Ани»?! — у Эшли сдают нервы.

У герцога тоже. Перекосившись от злости, он рявкает:

— Да, Ани! Из-за тебя я только что потерял рудники, демоны тебя побери!

— Вот так ты меня любишь? Я разрываю с тобой всяческие отношения, мне не нужна компенсация!

Взмахнув рукой, Эшли быстрым шагом направляется прочь. И герцог её не удерживает. Чуть успокоившись, он презрительно бросает:

— Барон, все слышали. Ваша совершеннолетняя дочь отказалась от компенсации и любых со мной отношений.

Герцог явно собирается уйти, но я его останавливаю:

— Достопочтенный, счёт.

Тихо ругнувшись, герцог следует за подскочившим к нему официантом.

Я же переключаюсь на финал семейной драмы: барон гонится за Эшли, не стесняясь зрителей, поносит свою дочь на чём свет стоит, обвиняет в распущенности и неблагодарности. А на террасе за ними с упоением наблюдает Ася

Прищурившись, я подхожу:

— Разве я не говорила, что моя территория не для разборок?

— Но хорошо же получилось? Больше я не доставлю хлопот, синьоирна Катц.

— Уж будьте любезны, леди Жой.