Адель при этом была ему мамочкой, которая о нём заботилась, чтобы мальчик хорошо кушал, высыпался, одевался, а потом, видимо, такой красивый и хороший шёл к другой девочке на свидание. Да, любовь слепа, а влюблённая женщина так вообще будто глаза себе выколола.

Адель возвращала себе зрение медленно, но верно, ей нужно было встать на ноги, чтобы пойти дальше. Сыновья останутся с ней, галерея и фонд тоже, половина имущества мужа под большим вопросом, ведь она знала, что пандемия оставила после себя долги. Вот только откуда у мужа на личном счету оказалось двадцать миллионов, вопрос интересный, на него она ответила двумя кликами в приложении банка - «перевести на другой счёт», «подтвердить перевод». Они супруги - деньги общие, если бы они были для бизнеса, были бы на другом счёту. Значит, деньги на личную жизнь, Адель они тоже пригодятся - на её личную жизнь.

*****

Мадам Бахтиярова уже две недели, как жила на греческом побережье, в маленьком домике на берегу моря. Начало марта совсем не сезон, но в Греции было гораздо теплее, чем в промозглой Москве. Она обитала в пригороде Афин в обычном жилом районе, где кипела обыденная жизнь людей, несмотря на отсутствие туристов. Она оставила матери и двум постоянным няням распоряжение насчёт сыновей, отключила телефон и две недели жила в тишине и покое. Каждый день она заставляла себя выходить из дома три раза в день, чтобы дойти до закусочных, где бывали только местные. Адель заставляла себя есть, пить, не чувствуя вкуса, хотя обоняние давно вернулось после болезни, но она будто потеряла вкус к жизни.

Изображение: измождённая болезнью Адель учится жить и улыбаться

(кликните для увеличения)

Ей иногда казалось, что она всё ещё лежит на больничной койке, а всё, что происходит сейчас всего лишь сон человека в коме. Она часами сидела на побережье, если выдавалась хорошая погода, смотрела на море и старалась не думать о прошлом, сосредоточившись на настоящем. Адель пока не связалась со злым дядей Валерой, не сказала матери о том, что хочет развестись. Мама итак пережила слишком много, чуть не потеряла дочь, пусть пока тоже выдохнет и успокоится. Адель очень надеялась на мирный развод, её муж был не боец, как это ни печально и смешно было признавать сейчас. Она не представляла, как он говорит что-то в духе «я не дам тебе развод», «ты моя и точка», «я буду бороться за нашу семью».

Перед глазами Адель иногда мелькала картина - его растерянное красивое лицо, на котором он вопреки мужской моде так и не отрастил щетину или бороду, когда он получит уведомление о разводе. Её пробирал нервный смех от этого вида мальчика-мужчины. Зато он будет со своей Королевой, которую любит, и все счастливы.