- Вы ведь любовники, да? Чё, прямо здесь? Никого не стесняясь, детей, например?

Адель так и застыла с бутылкой в руках, Руслан метнул острый холодный взгляд на её брата, который будто хорохорился, как петушок, который защищал свою курочку из курятника.

- У вас так принято в семье неуважительно к сестре обращаться? - процедил сквозь зубы Руслан.

- А у тебя так принято с замужней женщиной по ресторанам и театрам ходить? Мне Соболь вашу фоточку скинул. Как романтично, Аделька, у мужа любовница, у тебя любовник, стоите друг друга. - усмехнулся Рамиль, пренебрежительно глядя на неё.

- Про тебя уже слухи ходят, завтра и ваших общих видео ждать? На свадьбе Карповича это ведь он был? Этот герой-любовник? Вы что, блять, семейную порно студию открыли? Адель, ты дура?! Головой ударилась?! Совсем ебанулась? А что правильно! Была Бахтиярова, станешь Багдасарова, можно просто буквы подтереть ластиком в паспорте и готово. С каких пор ты по шлюшьей кривой дорожке пошла?!

Адель опустила голову, как провинившаяся перед братом глупая младшая сестра. Нет, за связь с Русланом ей было не стыдно. Она хоть и не Аксинья, однако, гордо и высоко несла свою счастливую, но срамную голову.

Руслан был её сознательным выбором, первым подобным выбором за последние четырнадцать лет. Она могла принять кинутый в неё камень от кого угодно, но собственный родной брат, это было выше её сил. Из её глаз закапали предательские слёзы слабости.

Она резко встрепенулась, когда услышала звуки борьбы, может, женщина оскорбление и стерпела, а вот её мужчина нет. Бахтиярова с открытым ртом наблюдала, как в гостиной началась потасовка между двумя крепкими и спортивными мужчинами.

Она хлопала глазами от ужаса происходящего, застыв на месте. В реальность её вернул возглас:

- МАМА!

Два бабуина разбудили спящих детей. Адель обернулась в дверях гостиной стояли три мальчика и только страх в их глазах заставил её выйти из состояния анабиоза и пойти раздавать люлей. Откуда она взяла в себе силы и мощь разнять двух сильных мужчин и раскинуть их в разные стороны друг от друга, Адель не понимала, скорее всего на адреналине.

- Уходите оба! Вы моих сыновей напугали, за это и убить могу! Рамиль поговорим завтра, приходи с мамой, чтобы она тебя научила, как можно с женщиной разговаривать, а как нет.

Видимо, ты забыл, а, может, и не знал никогда.

Она ушла, забрав с собой детей, долго укладывала их, отвечая на вопросы, почему дядя Рамиль подрался с каким-то неизвестным дядей у них в гостиной. Мама гладила своих мальчиков по тёмным волосам и пыталась не плакать, перед ними. Плакать сейчас нельзя, вот уснут и поревёт белугой. Они уснули, Адель спустилась вниз, близкий человек ушёл - чужой остался.