Время у вас до завтрашнего утра. Или проведите его с пользой, если хотите. Но с утра мне нужны трое бойцов, готовых рвать глотки врагам, а не три еле переставляющих ноги, ходячих трупа.

Сказал и хлопнул дверью, оставив нас наедине с тихо потрескивающим очагом, урчащим трухляшом и тихо всхлипывающей Бъянкой. В последнее время ей становилось лишь хуже. Спонтанные перепады настроения сменились угрюмой, тяжелой депрессией, сопровождаемой многодневным молчанием. Она отдалилась ото всех. Даже от собственного мужа. А временами… Просто садилась на пол и начинала раскачиваться из стороны в сторону, глядя в одну точку и что-то мыча себе под нос.

И честно сказать, это пугало похлеще тварей, которые по ночам бродили снаружи. От них хоть знаешь чего ожидать. А вот чего ожидать от свихнувшейся бабы… Наверное неведомо даже местным божкам.

— Что это с ним, — нарушил повисшее молчание Роберт, — Ну… Мы же это… Мы не иллюзии. В конце-концов он мог бы спросить что-нибудь. Что-нибудь, что известно только ему и настоящим нам.

— А ещё тому, кто успел покопаться в твоих мозгах, прежде, чем тебя прикончить, — скептично заметил Вернон, — Поверь мне, друг.

У опытных, древних магов есть способы сделать даже это. И даже убедить тебя в том, что ты не иллюзия, а реальный человек. Поэтому опасения Бернарда абсолютно оправданы.

Бард ничего не ответил. Но на всякий случай лишний раз ощупал себя. А затем ущипнул за щёку, как бы проверяя, точно он настоящий или всё-таки иллюзия, которая вот-вот раствориться в воздухе. Я с трудом подавил у себя такой же порыв, вовремя вспомнив небезызвестное выражение: «мыслю, значит — существую».

В конце-концов на симуляцию умственной деятельности у вражеского мага точно не хватило бы ни сил, ни времени, ни собственных мозгов. Разве что, за него бы впрягся один из админов. Но это, вроде-как против правил. А раз такое дело, то об этих иллюзиях мы можем узнать ещё две вещи:

Первая — это что-то вроде дрона на дистанционном управлении. Старик не говорил и не мыслил сам — маг в буквальном смысле делал это его устами.

Вторая — раз такое дело, значит может он «заменить» только одного человека.

И то, не «навсегда» а только до тех пор, пока у него будет возможность говорить его устами, и энергия, чтобы поддерживать иллюзию."

"А, ещё и третья, не менее важная вещь. Раз ему потребовался «тотем», значит не так уж он и «всемогущ», как может показаться на первый взгляд. Надо будет при случае изложить все эти мысли Бернарду. А пока…

— Давайте пойдем наверх и поищем там что-нибудь интересное, — буквально продолжил мою мысль Вернон, — Всё лучше, чем сидеть оставшийся день без дела.