– Если ты снимешь с меня цепи, – то всё будет не так плачевно, – мигом ввернул я, поднимая на мужа взгляд и растягивая губы в улыбке.

– Шутишь? Снять цепи с тебя? Как думаешь, какие у меня на них планы? – плотоядно осклабился Аэлирн, перехватывая цепь у моей шеи и притягивая за неё к себе. – Поверь, тебе понравится.

– Вот как? И ты даже дашь мне придумать стоп-слово?"

"– Зачем тебе стоп-слово, если ты не сможешь воспользоваться собственным ртом? – Аэлирн подождал пару мгновений, пока я перестану яростно жевать собственные губы, а затем снова поглядел на перевёртышей.

– Сворачивайте лагерь и по коням. Лаирендил, возьми к себе Элиаса, а я пригляжу за нашим королём.

От меня не укрылась их безмолвная борьба. Лаирендил выглядел не просто злым, а взбешённым, разъярённым, словно желал сделать всё с точностью до наоборот. Аэлирн же выглядел каким-то потерянным, почти несчастным, и никакие колкости и улыбки не могли это скрыть. Он то и дело рассеянно заправлял непослушную прядь волос за ухо, оглядывал нашу стоянку. Морщинка не думала выветриваться с его лица, и это начинало тревожить меня лишь больше.

А вместе с тем возвращение человеческих эмоций не могло не порадовать, да вот только время они выбрали совершенно неудобное.

– Ты узнал что-то? – как можно тише поинтересовался я, прикоснувшись к его локтю. Мужчина вздрогнул и обернулся ко мне, несколько неуверенно прижимая пальцы к собственным губам, точно отчаянно боролся с желанием сказать что-то. – Ты узнал. Про Виктора. Что с ним?

– Я… – Аэлирн вдохнул поглубже, нахмурился лишь сильнее и поджал губы, окидывая взглядом суетящихся оборотней.

– Кажется, он потерял собственную душу после нашей смерти.

– Что это значит?

– Трудно объяснить. Мне лично не доводилось встречаться с подобным феноменом, но я слышал про несколько случаев. Могу я рассказать про них в пути?

Он начал нервно оглядываться вокруг, и мне оставалось лишь кивнуть – видеть Аэлирна столь взволнованным и почти напуганным мне не доводилось. Более того, зрелище это было почти что диким, даже пугающим, а оттого мне захотелось как можно скорее привести мужчину в себя. Не став более канючить по поводу цепей, я разбудил Элиаса, помог ему по мере своих скромных возможностей собраться, а затем стал пытаться взобраться в седло.

Надо сказать, занятие это было идиотским и совершенно неплодотворным – трудно было даже просто поставить ноги на ширине плеч, не то что задрать их на подобную высоту. Впрочем, на помощь мне пришёл Аэлирн. Стоило ему вернуться в седло собственного коня, как цепи на моих ногах растаяли, и я смог взобраться на спину своему нетерпеливому скакуну.