Папа и Агнус встают из-за стола.

Я была слишком увлечена внутренним диалогом со своим мозгом и не заметила, как они замолчали.

Папа улыбается мне.

– Потом покатаемся на лошадях.

– Но я не умею.

– Умеешь. – Он улыбается. – Нужно просто вспомнить.

Только после того, как они с Агнусом удаляются вверх по лестнице, я понимаю, что за столом остались Нокс и Тил.

И больше никого.

Господи. Что мне сейчас, блин, делать?

Бежать? Да ну, это невежливо.

Спрятаться под столом? Глупо.

Щедро шлепаю порцию джема на тост и неторопливо размазываю его, будто я художник. Сейчас я бы сделала что угодно, лишь бы избежать их общества, но не особенно верю, что ноги способны унести меня отсюда.

– Все хорошо? – Нокс откусывает булочку. – Ты не проронила ни слова со вчерашнего ужина."

"Тил таращится на меня из-под густых длинных ресниц, но ничего не говорит.

«Ты взрослая. Держи себя в руках, черт возьми».

Глубоко и тяжело вздохнув, поднимаю голову и крепко сжимаю в руках тост.

Две пары глаз пристально смотрят на меня. Карие и цвета полуночи.

Вот почему Нокс и Тил показались мне знакомыми, когда я впервые их увидела – точнее, не впервые.

– Я помню встречу с вами много лет назад. – Мой голос звучит тяжело из-за подавляемых эмоций. Я едва дышу и уж тем более говорю. – Мне жаль, что мама так поступила с вами. П-простите меня.

– Наконец-то! – Нокс бьет себя в грудь. – Мне было обидно, что ты меня не помнишь. Это разбивало сердечко.

– Да на хрен мне нужны твои извинения, – равнодушно говорит Тил и отхлебывает кофе. – Это не вернет того, что я потеряла.

Я растерянно моргаю.

– Ты сейчас говоришь как сучка, Ти, – комментирует Нокс так беспечно, словно это рядовая ситуация. – Тебе надо кое-что знать о Тил, Элли. Она своеобразно выражается. Так, слушай сюда, Ти. Подумай немного над своими словами и скажи еще раз.

– Ладно. – Она поднимает голову и хмурится. – Я хотела сказать, что тебе не стоит извиняться за то, чего ты не делала.

– Вот видишь! – ухмыляется Нокс. – Не так уж и сложно, правда?

Однако Тил не обращает на него внимания. Оно направлено целиком на меня, и я чувствую себя мышкой, которую преследует кошка.

Это… странно.

– Хотя ты действительно очень похожа на ту женщину, и я продолжаю думать о том, чтобы заколоть тебя вилкой до смерти, пока ты спишь. – Она берет свою чашку и скрывается за углом.

– Ха-ха, очень смешно. – Нокс одаряет меня кривой усмешкой. – Она так шутит… в основном.

Я поеживаюсь.

– Она права, я просто копия матери. Как ты можешь так легко к этому относиться, Нокс?

– Просто ты – не она. Скажу тебе честно, в тот день с бассейном это я поднял тебя на ноги, когда ты упала на колени на автостоянке. Думаю, ты была настолько не в себе, что не заметила меня. Я был сбит с толку, думая, что вернулась та женщина.