— Ну что, миледи, хорошо провели время?

— Я всегда люблю слушать интересные рассказы, — сказала она.

Брюс кивнул. Кэти принесла ему виски, он стал пить, по-прежнему не отводя взгляда от Мартисы. Потом улыбнулся и посмотрел на Джорджа Махаффи.

— Кто-нибудь рассказал леди, насколько странными бывают некоторые представители нашего клана?"

"— А, вы про историю, которая случилась на прошлой неделе! — сказал Джордж.

Брюс улыбнулся Мартисе, его глаза искрились.

— В самом деле, у нас тут была семья, они жили примерно как здесь, между скал и утесов, над дорогой — для некоторых это единственная дорога в Эдинбург.

Так вот, они отправляли на дорогу своих девушек, юных и прекрасных, и парней, таких же молодых и таких же прекрасных. Те заставали на дороге какого-нибудь ничего не подозревающего путешественника и подстраивали так, чтобы у него лошадь начинала хромать или ломался экипаж. А потом заботливо предлагали свою помощь путникам, приглашали их в дом отужинать. И соблазняли мужчин и женщин, завлекали их, чтобы они остались и еще радовались, что им повезло, что после их аварии с ними оказались такие добрые люди.  — Брюс наклонился еще ближе к Мартисе. Казалось, огонь в очаге разгорелся ярче, а глаза Брюса горели так, словно сами были частью этого пламени. — А потом те самые красавцы и красавицы, которые, уговорили их остаться, убивали их и готовили на ужин. Путешественник, который остался на ужин, сам становился ужином. По-видимому, этот клан многие годы жил за счет людоедства. А после того как тела путешественников шли в дело, они еще продавали их вещи — те, которые не были нужны им самим.

Мартису его рассказ захватил, так же как всех остальных. Она ахнула:

— Людоеды?! Я вам не верю!

Брюс откинулся на спинку стула.

— Это правда. — И вежливо добавил: — Мы же варвары, разве вы не согласны с этим?

— Да, но, мой дорогой лэрд Кригэн, я слышала, что в замке бродят привидения, однако эти-то чудовища, судя по всему, имеют плоть и кровь!

Он рассмеялся. Мужчины в комнате тоже засмеялись. Даже бедная Касси, казалось, расслабилась, и муж снова заключил ее в объятия.

Кэти заверила Мартису:

— Миледи, о таких ужасных вещах у нас тут не слышно, честное слово. — Она повернулась к Брюсу: — Милорд, сегодня у нас стейки из оленины, нежные, как доброе сердце Девы Марии.

Вы и леди Сент-Джеймс останетесь на ужин?

— С удовольствием, если леди Сснт-Джеймс не против, — согласился Брюс, глядя, на Мартису.

Мартиса кивнула. Она хотела улыбнуться Кэти, по не могла оторвать взгляд от Брюса. Потом Брюс отвернулся от нее и заговорил с рыбаками. Он со знанием дела обсудил с ними улов, попутно одарив улыбкой юную Касси. Та покраснела и опустила глаза. А когда она снова подняла взгляд на Брюса, Мартиса прочла в нем обожание.