Брюс продолжал целовать ее, пробуя ее губы на вкус, исследуя ее рот своим языком, чуть прикусывая зубами. Потом он оторвался от ее губ и, продолжая обнимать, тихо прошептал, почти касаясь губами ее уха:

— Кого же я обнимаю, кролика или ястреба? То я вижу дерзкую требовательную соблазнительницу, много повидавшую в жизни и знающую мужчин, а то мне кажется, что передо мной невинное создание. Кто вы, Мартиса?

Она в смятении оттолкнула его, попятилась, чуть было не споткнулась о камень и поморщилась, когда нечаянно наступила на больную ногу.

— Я сестра Мэри! — крикнула она.

 — А вы… вы должны это помнить!

Брюс выгнул бровь, глаза его как-то странно блеснули, но по его взгляду ничего невозможно было прочесть.

— Я пытаюсь не забывать, — тихо сказал он.

Потом повернулся, но помедлил, прежде чем идти осматривать пещеры. Запрокинув голову, он закрыл глаза от яркого солнца, потом снова открыл и оглянулся на Мартису:

— Но вы тоже должны об этом помнить.

Мартиса еще не успела в полной мере осознать смысл его слов, как он уже шагал по направлению к пещерам. Оставшись в одиночестве, она какое-то время сидела на камне и просто слушала шум прибоя.

Она думала о том, что начинает влюбляться в Брюса Кригэна. Этого не может быть, но все же это происходит."

"Но мысли о Брюсе вылетели у нее из головы, когда ее взгляд неожиданно наткнулся на кусок ткани, который торчал из-за камня футах в шестидесяти от нее. Мартиса была уверена, что не видела его раньше. Потом она заметила, что начинается прилив. Она подумала, что, возможно, прибывающая вода подняла что-то с земли за камнем. Мартиса медленно встала, и вдруг ее осенило: ткань… за этим камнем может лежать Кларисса.

Или ее труп. Мартиса ахнула, но быстро опомнилась и решила действовать. Прихрамывая, она пошла по песку к этому камню так быстро, как только могла, И вот она уже рядом. Обогнув огромный камень, она застыла на месте и инстинктивно прижала руку ко рту, чтобы не закричать. Она действительно обнаружила тело. Но это не было тело Клариссы. На песке под камнем лежал мужчина. Он был одет как матрос, седеющие волосы разметались по песку и смешались с ним. Кусок ткани, который она заметила, был оторван от его штанины в том месте, где нога была сломана как спичка. Голень была повернута под неестественным углом, а в ране виднелась кость. Рубашка на нем тоже была в крови. Мартисе показалось, что ее сейчас вырвет. Она закрыла глаза и вспомнила госпиталь в Ричмонде, где ухаживала за раненными в боях солдатами. Там ей довелось узнать запах гангрены, запах гниющей плоти. Там она слышала ужасные крики несчастных, которым ампутировали ноги с такими ранами.

Мартиса смогла справиться с собой, тошнота отступила. Нужно было действовать.