Решила, что ты должна быть в курсе. Береги себя, ладно?

— Да уж, приятного мало, — отзываюсь, чувствуя, как беспокойство проникает внутрь, сковывает сознание. Как ни стараюсь сохранять спокойствие, напряжение почти ощутимо жжёт в груди.

Наташа обнимает меня, а я, крепко сжимая её, борюсь с подступившей тревогой. Мы прощаемся, и, когда машина уезжает, я машу ей вслед, чувствуя лёгкую дрожь в руках.

Значит, всё это время, Фёдор ходит на свободе, а я ни сном, ни духом…

Возвращаюсь в дом и тут же вздрагиваю от сквозняка. Почему в доме так холодно? Проходя по коридору, я всё больше ощущаю какое-то напряжение. Сквозняк пробирает меня до костей, хотя я уверена, что все окна были закрыты.

Когда захожу в детскую, сердце замирает — окно открыто настежь! Ветер рвётся внутрь, поднимая лёгкие занавески.

Неужели… в доме был посторонний? Подбегаю к кроватке, но она… пустая.

Меня охватывает паника. Данила… Его нет.

Всё, что происходило только что с Наташей, её слова, мысли о Фёдоре — мгновенно меркнут перед этим холодным ужасом. Я стараюсь дышать глубже, но из горла вырывается лишь придушенный хрип.

— Данила! — выкрикиваю, судорожно оглядывая комнату, как будто сын мог спрятаться или каким-то чудом быть здесь.

Нет, кроватка пуста, а окно открыто. Кто-то забрал его! Мысль настолько дикая, что я сначала даже не могу её осознать, как будто мозг отказывается верить в это. Не в себе, вбегаю в соседнюю комнату, даже под кровать заглядываю, хотя понимаю, что это бессмысленно. Мой сын пропал!

Сердце начинает колотиться, кажется, еще немного — и я просто потеряю сознание от ужаса. Я хватаюсь за телефон, быстро набираю Максима, рука дрожит, палец скользит по экрану.

— Давай же, ответь… ответь! — кричу, слушая гудки.

В голове мелькают самые страшные мысли — кто это мог быть? Фёдор? Но как он мог узнать, что я здесь, да еще так быстро? И что он мог сделать с моим сыном?..

Глава 30"

"Я чувствую, как мои колени подкашиваются, когда Максим врывается в дом. Он мгновенно шагает ко мне, и я не могу сдержаться — бросаюсь ему на шею, заливаясь слезами.

— Макс, я с ума схожу! Где мой сын? Где Данила?!

Его руки крепко обвивают меня, как бы стараясь защитить от всего этого кошмара. Но я вижу, что он сам напуган, так же, как и я.

— Анют, всё будет хорошо… — Макс старается успокоить меня. — Полиция уже ищет нашего сына.

— Он же ещё такой маленький, Макс, что если ему причинят вред? Что если ему сделают больно? Я не могу думать об этом… — я срываюсь, с каждым словом сжимая его плечи крепче, но не могу остановиться. Слёзы бегут по щекам, а сердце разрывается от страха и боли. — Я себе покоя найти не могу… Вдруг он сейчас голодный! Мой сын, мой мальчик!

Максим пытается вытереть мои слёзы. Его лицо отражает беспокойство, но он не сдается.