– Григорий Сергеевич обидится, – нервно стучу пальцами по мощной груди Васильева, спрятанной за дубленкой.

– Мне-то что? – безразличным тоном цедит парень, и я сжимаюсь, слыша в его голосе циничное вранье. Емеля ненавидит, когда его припирают к стенке, поэтому молчу.

Любимый с детства занимается хоккеем, для него это также важно, как для его деда – металлургия и заводы. У обоих мужчин рода Васильевых абсолютно полярная точка зрения на жизнь, и как надо правильно ее прожить. Накал в отношениях между дедом и внуком нарастает с каждым днем, угрожая превратиться в цунами и снести всё на своём пути.

– Сегодня останусь ночевать у Амелии, она просила побыть с ней, – перевожу разговор на безопасную тему.

Уже год живем с парнем вместе в съемной квартире в центре города, поэтому он имеет право знать, что буду ночевать не дома.

– Ну ладно, – легко соглашается Емельян. – После тренировки поужинаю в ресторане.

– Один? – смотрю растерянно.

– Так важно с кем?! С пацанами. – удивленно заглядывает в глаза.

Нервно сжимаю кулаки.

– Лидия, да что с тобой?!

– Не могу выбросить Розу из головы, – признаюсь как на духу.

– Брось! Это не наше дело! Я поехал.

Провожаю взглядом убегающую фигуру парня. Спускаюсь аккуратно с замерзшего крыльца, шагаю к парковке.

В полном раздрае чувств еду к Амелии. Не помню, когда у меня в последний раз было подобное угнетенное состояние. Даже веселые биты музыки не добавляют счастья.

По дороге принимаю решение заехать к маме.

Глава 3

Лидия

Мама звонила, просила приехать к ней. Папа в командировке, и она беспокоится по пустякам, сердечко у нее екает, а еще боится пустых темных комнат.

Подъезжаю к небольшому двухэтажному коттеджу, паркуюсь за воротами. Иду в дом, открывая калитку и двери своими ключами.

– Что случилось? – удивленно разглядываю самого близкого человека на свете. Маму зовут Нина, ей тридцать восемь, но выглядит на двадцать пять."

"В последнее время замечаю, она с каждым днем расцветает всё сильнее, и я не понимаю, что на нее так положительно влияет.

– Привет! – нежно целует в щеку. – Рада, что приехала по первому зову, – щебечет грудным голосом.

Принюхиваюсь, от мамы безумно вкусно пахнет духами и еще чем-то загадочным.

– У тебя очень красивые волосы, – говорю с придыханием, разглядывая длинные густые шоколадные волосы, уложенные крупными волнами по плечам и спине. – Куда-нибудь собираешься? – разглядываю маму, прищурившись. На тонкой женской фигурке кремовое платье из трикотажа, и вырез декольте неприлично глубокий.

– Разве не имею право ходить по собственному дому красивой? – округляет глаза, застигнутая врасплох моим замечанием.

– Прости. Конечно, ты заслужила! Меня вырастила, папу также, – ухмыляемся, – дом построила, дерево посадила.