Нежелание становится чем-то большим, чем человек.

Я взмахнул рукой.

— Ближе к делу. Тебе велели помочь — помогай.

Сфера зависла в полуметре от меня. Я ощущал, как рядом с ней мою кожу покалывает лёгкий ток.

Тут сфера раскрылась. Две её половинки разъехались в стороны, открывая моему взору светящуюся руну.

— Прими знание. Обрети мудрость. Осознай потенциал, — руна, пульсируя светом, выплыла из центра сферы, продолжая меняться в такт моему сердцу. И с каждой переменой от неё исходила волна разных ощущений. От одной руны — прохлада, от другой — приятное тепло, от третьей — жёсткость наждачной бумаги.

 — Открой свой разум…

От переменчивой руны в мой лоб ударил луч света. Ровно в место, где находилось головное мана-ядро.

Тут же я ощутил, как мир будто сужается. Как всё моё внимание концентрируется на этой переменчивой руне. Как «Завершённый», который считает себя венцом эволюции, применяет на мне типичную технику контроля разума.

В ответ я оскалился.

Вот значит, что ты задумал, Один? Подманить меня на перспективу раскрытия тайны аномалий, а потом просто взять под контроль и сделать своим рабом?

До чего же банально! А ведь тот, кто видит развилки будущего, мог бы придумать план получше.

Но я был готов и к этому, так что поток моей маны резко хлынул по энергоканалам к головному мана-ядру, где живо смыл наваждение «Завершённого».

Уже начавшее «уплывать» сознание резко прояснилось.

В ответ я высвободил свою ману, в виде бирюзового тумана. Она вихрем окружила меняющуюся руну, изолировав её от сферы.

Но она даже не дрогнула.

— Во мне нет страха, человек. Ни страха. Ни боли, которая истязает незавершённые разумные аномалии, с которой ты спутал меня в самом начале.

Я свободен, понимаешь? От всего, что мучает твоё сердце и сердце каждого человека. Во мне не осталось низменных желаний: есть, побеждать, любить… во мне только одно стремление — нести свет совершенства. Лишь оно побуждает меня говорить с тобой, вместо того, чтобы просто существовать.

— Короче говоря, Один обрезал в тебе всё, что заставляло тебя развиваться. Затем засунул в тебя желание распространять эту нездоровую модель. И наделил чувством мнимого превосходства. Какая некрасивая работа, — я покачал головой.

 — Ты, конечно, этого не осознаешь. Но единственное, чего один добился, подослав тебя, это только настроил меня против. Вот досада.

Руна замерла.

Хотя моё сердце пропустило удар.

Потом ещё удар.

И снова.

Рассинхронизировалась, что ли? Ха!

«Скачок»!

Место, где я только что стоял, настигла вспышка аномальной силы. Моя мана, окружающая руну, тут же исказилась возникшими микроаномалиями и разделилась на тысячи частиц. А в следующий миг от руны пошла волна маны, окончательно разметавшая бирюзовый туман.