Не удержав равновесие, она врезалась в его широкую спину и, поморщившись от боли в сжатой руке, закричала:

— Да отпусти ты меня наконец! Я никуда не сбегу!

— Я уже ни в чём не уверен, — тихо проворчал генерал, но послушался и выпустил её запястье из крепкого захвата, пропустив вперёд себя.

Чувствуя себя как под конвоем, Элена проследовала в свою комнату. К её удивлению, Иль Кан зашёл вслед за неё и закрыл дверь на засов.

— Знакомая ситуация, — возмутилась она. — Второй раз за день ты приходишь ко мне без приглашения!

— По крайней мере сейчас ты уже не замёрзнешь, — указал он на печь, в которой догорали дрова, а затем подбросил ещё охапку.

— Генерал, что происходит? — Элена в отчаянии посмотрела на Кана не в силах разгадать, что за игру он затеял.

Но больше всего её задело увиденное в оружейной. Перед глазами вновь промелькнула картина горячего поцелуя генерала с Карриной и она почувствовала, что вот-вот выйдет из себя.

— Слушай меня внимательно, — Иль Кан встал у двери, отрезав Элене пути к отступлению. — С этого дня… Нет, дорогая, с этой минуты тебе запрещено покидать крепость без моего на то разрешения.

Узнаю, что сделала хотя бы шаг за её пределы — своими же руками сдам тебя в Имперский Двор. Всё ясно?

— Нет! — воскликнула Элена, кипя от возмущения. — Что за предвзятое отношение? Что я тебе сделала?

— Я не договорил, — голос Иль Кана звучал резко и холодно, как чёрная сталь, из которой был выкован его любимый кинжал. — При себе запрещено иметь любое оружие, даже шпильки для волос. Каждый час ищешь меня и отчитываешься о том, что делала и с кем. Если я отсутствую в крепости, докладывать будешь Сарайе.

— Бред какой-то, — растерянно пробормотала Элена.

Весь воинственный настрой в один миг исчез в никуда, она искренне не понимала чем вызвала такой гнев со стороны лидера.

— Это приказ. Обсуждению не подлежит, — процедил сквозь зубы генерал и, тихо выругавшись, коснулся засова на двери.

Страшная мысль промелькнула в голове Элены словно молния.

— Пожалуйста, подожди! — она подбежала к входной двери и закрыла её своей спиной.

— Что тебе? — недовольно спросил Кан.

— Эти запреты… Ты знаешь обо мне что-то, чего я не знаю?

Сердце Элены замерло в ожидании его ответа.

Грудь девушки тяжело вздымалась, приподнимаясь под влажной рубашкой, приковывая к себе тяжёлый взгляд генерала.

Иль Кан еле сдерживался, раздираемый противоположными чувствами: демон, сидевший внутри него, подстёгивал вытащить нож и перерезать дерзкой блондинке горло. Другая часть неистово хотела сорвать с неё рубашку и дать волю безудержному желанию, которое он испытывал при одной лишь мысли об Элене.

— Отойди, — хрипло произнёс он, но она не сдвинулась с места.