С тех пор у меня появилось такое настороженное отношение к представителям южных регионов.

— Кем был тот охранник? Российский гражданин? Насколько я знаю, в такие структуры не берут иностранных подданных.

— Это был лезгин. Да, у него имелся российский паспорт.

— Ясно. Давайте дальше. Преступника задержали и дело закрыли?

— Закрыли. Но потом появился какой-то адвокат, тоже кавказец. Такой ловкий армянин. Со странным именем Макбет. Можете себе представить? Макбет Арутюнян. В результате суд вернул дело на доследование.

— Почему? Какие мотивы?"

"— Охранник утверждал, что не стрелял в моего брата, а влез в окно, чтобы помочь умирающему. Представляете, какой бред! Адвокат сумел убедить судью проверить этого негодяя на детекторе лжи. Якобы это исследование показало, что охранник говорит правду. Он, стало быть, не убивал моего брата. Там нашли еще какие-то формальные причины. Этот убийца уверял, что вообще не стрелял. В общем, негодяй выдавал какие-то непонятные и глупые отговорки. Но пистолет был у него в руках, он влез в чужой дом и сбежал, когда его пытались задержать. Потом прятался у своего родственника. Какие еще нужны доказательства? Честный человек не стал бы убегать и прятаться.

— Значит, эксперты проверили задержанного и подтвердили его невиновность?

— Можете себе представить? Там все куплены. Эксперты, следователи, прокуроры, судьи. Всех подкупили. Это круговая порука. Мафия. Теперь уже иной следователь снова пытается найти другого виновника такой трагедии.

— Это был назначенный адвокат или нанятый?

— Я не понимаю суть вашего вопроса, — сказал Монахов и нахмурился.

— Человека обвиняют в убийстве. Это достаточно тяжелое преступление. В таком случае адвокат назначается ему в обязательном порядке со стороны государства, — пояснил Дронго. — Но сам подозреваемый имеет право нанять своего адвоката. Если, конечно, у него есть средства, необходимые для этого.

— Интересно знать, откуда у этого убийцы взялись такие деньги? По-моему, следователи и судьи в первую очередь должны были бы заинтересоваться именно этими вопросами. Но я точно не знаю. Сам не понимаю, откуда взялся этот адвокат. Может, его назначили. Не могу сказать вам, господин Дронго.

— Значит, суд принял решение вернуть дело на доследование?

— Да. При таких доказательствах. Это просто позор.

— Охранника выпустили?

— Пока сидит. Но я не удивлюсь, если его вот-вот выпустят.

— Тут налицо одна небольшая нестыковка. Если человек работает простым охранником, то вряд ли у него есть столько денег, чтобы отмазаться от следователей, подкупить экспертов и получить согласие прокуроров.