Но только потому, что у меня уже слипаются глаза и нет сил ждать такси.

Я подхожу к шкафу.

– Тебе дать что-нибудь, в чем спать? Майку? штаны?

– Майка была бы очень кстати. – Даже в темноте я вижу, как она краснеет. – А у тебя есть лишняя зубная щетка?

– Есть. В тумбе под раковиной. – Я даю ей свою старую майку, и она скрывается в ванной.

Я снимаю рубашку и джинсы и, оставшись в боксерах, ложусь в кровать. Я слышу шум воды, спускаемой в туалете, и щелчок выключателя, затем Ханна выходит и шлепает босиком по полу. Она так долго стоит у кровати, что я не выдерживаю и издаю возмущенный стон.

– Ты ляжешь или нет? – бурчу я. – Я не кусаюсь. А если бы и кусался, то все равно не сейчас, когда я уже сплю. Так что хватит маячить, как привидение, забирайся в кровать.

Матрас слегка проминается, когда она ложится. Подтянув к себе одеяло, Ханна вздыхает и в конечном итоге устраивается рядом со мной. Ну, не совсем рядом. Она примостилась на другом краю кровати и наверняка цепляется за матрас, чтобы не свалиться на пол.

Я слишком утомлен, чтобы ехидничать по этому поводу.

– Спокойной ночи, – говорю я и закрываю глаза.

– Спокойной ночи, – говорит она в ответ.

В следующую секунду я проваливаюсь в сон.

Глава 12

ГарретЯ обожаю последние мгновения перед пробуждением, те самые мгновения, когда разрозненные нити в моем мозгу сплетаются, образуя целостное сознание. Это совершенно отпадные мгновения. Часть моего сознания все еще дезориентирована и окутана туманом и продолжает блуждать по снившимся мне снам.

Однако в это утро все по-другому. Моему телу теплее, чем обычно, и я ощущаю приятный запах. Клубники? Нет, вишни.

Точно, вишни. Что-то щекочет мне подбородок, что-то мягкое и одновременно твердое. Голова? А ведь и правда у меня в сгибе шеи лежит голова. Более того, поперек моего живота перекинута чья-то тонкая ручка, на бедро закинута чья-то теплая нога, слева к ребрам прижимается чья-то грудь.

Я открываю глаза и обнаруживаю у себя под боком Ханну. Я же лежу на спине и одной рукой крепко прижимаю ее к себе. Неудивительно, что все мои мышцы затекли. Неужели мы проспали вот так всю ночь? Насколько я помню, когда я засыпал, мы лежали на разных концах кровати, и я даже думал, что утром найду Ханну на полу.

Но каким-то странным образом мы оказались в объятиях друг друга. Замечательно.

К этому моменту я просыпаюсь настолько, что успеваю ухватить свою последнюю мысль. Замечательно? О чем я думаю, черт побери? Спать прижавшись – это привилегия любимых девушек.

А у меня нет любимой девушки.

Однако я не выпускаю Ханну из объятий. Я вдыхаю ее аромат и нежусь в ее тепле."

"Я смотрю на будильник и вижу, что через пять минут он подаст сигнал.