– У этого сукина сына не хватает мозгов понять, что ответственность за его же поступки лежит на нем. Это же он виноват в том, что она его бросила, а ему такое в голову не приходит.

Меня обуревают самые разные эмоции. Я и рада, что Синди освободилась от этой унизительной связи, и мучаюсь из-за того, что мы с Гарретом потеряли целый месяц. А еще я страдаю из-за того, что сдалась под натиском Фила Грэхема и бросила любимого.

– Прости меня, – тихо говорю я. – Прости меня, Гаррет. За все.

Он берет меня за руку.

– И ты меня тоже.

– Даже не смей извиняться. Тебе не за что просить прощения. Это я решила строить из себя героиню и порвала с тобой ради твоего блага. – У меня вырывается стон. – Господи, я даже не могу проявить самоотверженность, не напортачив.

Гаррет усмехается.

– Ничего страшного. Главное, ты уже готовенькая. И не заводи меня своими сиськами, как у стриптизерши.

Я вскрикиваю, когда он неожиданно обхватывает ладонями мои груди и слегка сжимает их через свитер.

Я смеюсь.

– Ах, так? Ты сразу переходишь ко второй базе еще до того, как мы снова официально сошлись?

Он наклоняется ко мне и принимается языком щекотать мне шею.

– Что касается меня, то мы никогда и не расходились. – Гаррет прихватывает губами мочку уха, и я ежусь. – Я вижу наше ближайшее будущее так: минут… э-э… двадцать мы могли бы целоваться и обниматься. Потом еще двадцать минут я буду прощать тебя, а ты клясться мне в вечной любви. Еще, может, минут на десять ты возьмешь у меня в рот, чтобы компенсировать мне то, чего я был лишен…

Я шлепаю его по руке.

– Хотя зачем зря тратить время, когда можно сразу перейти к приятной части?

Я весело улыбаюсь.

– А что у нас приятная часть?

Мгновение – и я лежу на спине и ощущаю на себе тяжесть тела Гаррета. Он одаряет меня своей фирменной улыбкой, от которой мое сердце начинает учащенно биться, и приникает к моим губам в жадном поцелуе.

– Вот это… – Он втягивает в рот мою нижнюю губу и соблазнительно двигает бедрами – …приятная часть.

Я обнимаю его и крепко-крепко прижимаю к себе. Меня переполняет такая всеобъемлющая любовь, что на глаза наворачиваются слезы.

– Я люблю тебя, Гаррет, – преодолевая спазм в горле, говорю я.

– Я люблю тебя, Ханна, – хриплым голосом говорит он, и я губами чувствую его дыхание.

Он целует меня, и в моем собственном маленьком мире наступает полный порядок.

Глава 45

ХаннаМарт

– Как этот тип, по которому ты сохла, оказался в моей гостиной? – гневно шепчет мне в самое ухо Гаррет, подходя ко мне.

Я перевожу взгляд на Джастина, который сидит на диване и сосредоточенно играет в какую-то стрелялку с Такером. Затем я смотрю на Гаррета. Он скорее удивлен, чем разозлен."

"– Потому что он мой друг, и я пригласила его. Ты должен с этим справиться.