Я пас.

– Нет, ты приедешь домой. – Жесткое выражение на лице подкрепляется суровым взглядом. – Иначе я сам тебя приволоку."

"Я не понимаю, что происходит. С каких это пор, черт побери, его стало волновать, приеду я или нет? Я не приезжал с тех пор, как поступил в Брайар. Учебный год я провожу в Гастингсе, а летом работаю в строительной компании в Бостоне и экономлю каждый цент, чтобы потом платить аренду и покупать продукты, так как я не хочу брать у отца больше денег, чем это необходимо.

– А какое тебе дело до того, как я провожу праздник? – спрашиваю я.

– Мне нужно, чтобы в этом году ты был дома.

 – Он цедит слова сквозь стиснутые зубы, как будто перспектива моего приезда радует его еще меньше, чем меня. – Моя девушка готовит праздничный ужин, и она требует, чтобы ты присутствовал.

Его девушка? Я и не думал, что у него есть девушка. Не грустно ли, что я ничего не знаю о жизни собственного отца?

Однако от моего внимания не укрылось и еще кое-что. Это она требует, чтобы я присутствовал. Не он.

Я твердо смотрю ему в глаза, такие же серые, как у меня.

– Скажи ей, что я заболел. А еще лучше, скажи, что я умер.

– Не испытывай мое терпение, мальчишка.

О, что мы слышим? «Мальчишка»? Он всегда так называл меня, прежде чем дать мне под дых, или ударить меня по лицу, или в сотый раз сломать мне нос.

– Я не приеду, – холодно говорю я. – Смирись с этим.

Он придвигается ко мне, его глаза недобро блестят из-под козырька бейсболки с эмблемой «Брюинз», а голос напоминает шипение.

– Послушай-ка, ты, неблагодарный кусок дерьма. Я прошу тебя о малом. По сути, я вообще ни о чем тебя не прошу. Я позволяю тебе делать все, что ты хочешь, я плачу за твою учебу, за твои учебники, за твою экипировку.

От этих слов у меня от гнева скручивает желудок. В компьютере есть файл, в котором я документирую все, что отец когда-либо оплатил, чтобы потом, когда я получу доступ к своему трастовому фонду, можно было выписать чек на конкретную сумму, вручить папаше и сказать ему «скатертью дорога».

Однако срок оплаты следующего семестра – в декабре, за месяц до получения доступа к трасту. А моих накоплений для оплаты не хватит.

Что означает, что я еще на какое-то время остаюсь в финансовой зависимости от него.

– Я жду от тебя только одного, – заканчивает отец, – что ты будешь играть как чемпион.

Как чемпион, которого сделал из тебя я. – Его губы кривятся в уродливой ухмылке. – Что ж, настала пора платить по счетам. Ты приедешь домой на День благодарения. Понятно?

Мы сверлим друг друга взглядами.

Я мог бы убить этого человека. А если бы я знал, что это сойдет мне с рук? Я бы точно убил его.

– Понятно? – повторяет он.

Я коротко киваю и, не оглядываясь, ухожу.

Ханна ждет меня у автобуса, ее зеленые глаза омрачены беспокойством.