Его тачка нашлась, почему бы немножко не похулиганить?

Заручившись поддержкой Копылова, я позвонила своей однокашнице Нине Соловьевой.

— Полина? — удивилась она, услышав мой голос.

— Да, это я. Скажи, что ты делаешь сегодня вечером?

— Ну, после работы я иду в садик за дочкой, потом — домой.

— А твоя мама не может забрать ребенка? — поинтересовалась я.

— В принципе, может. А в чем дело?

— Скажи, ты хочешь насладиться позором Левичевой? — попыталась я сразу же заинтриговать Нинку.

— Конечно, хочу.

— Тогда сегодня вечером у тебя будет такая возможность.

— Поля, что ты задумала? — стала допытываться Соловьева.

— Нина, очень скоро ты все увидишь своими глазами."

"— Ну ладно, подожду. А где мы встретимся?

— Я на машине, так что могу забрать тебя с работы. Ты во сколько освободишься? — спросила я.

— В шесть.

— Ну и замечательно! Я подъеду к ателье, в котором ты работаешь.

Когда Нина вышла на улицу, я поняла, что предусмотрела все, кроме одного — она была одета не для ресторана. На ней были совершенно неприлично потертые джинсы и вытянутая трикотажная кофточка. Как бы ей сейчас подошло то платье, которое Алинка принесла мне в больницу! К сожалению, оно осталось дома.

— Полина, а куда мы едем? — спросила меня пассажирка.

— Скоро узнаешь. — Я зарулила на парковку торгового центра «Юпитер».

— Так Левичева сейчас здесь работает? — предположила Нинка. — Продавщицей, что ли?

— Нет, но сначала нам надо заглянуть сюда.

— Я не люблю ходить по магазинам, — сказала Соловьева. — Может, я лучше в машине посижу, подожду тебя?

— Нет, Нина, — возразила я, открывая дверцу, — нам придется пойти вдвоем.

Моя однокашница до последнего не могла понять, зачем я привела ее в торговый центр. Только когда я подала ей несколько платьев и подтолкнула к примерочной кабинке, она удивленно спросила:

— Это что, все мне?

— А кому же еще? У меня размер другой, — улыбнулась я.

— Но у меня нет денег на обновы.

— Я хочу сделать тебе подарок. У тебя ведь скоро день рождения, если я не ошибаюсь.

— Через неделю, но я не буду его отмечать. И вообще, ты мне уже сделала подарок, это лишнее, — Нина протянула мне платья. А у самой в глазах было такое сожаление!

— Так, сколько у вас вещей? — обратилась к нам продавщица.

— Три, — ответила я, взяла номерок и подтолкнула Соловьеву к освободившейся кабинке.

Первым она примерила платье цвета индиго. Оно было строгого фасона, но очень подходило к ее глазам.

— Ну как? — спросила Нина.

— Неплохо. Но чего-то не хватает. Подожди. — Я сходила в торговый зал и принесла ей кожаный ремешок. — Вот так лучше будет. А если подобрать бусы, то будет еще лучше.