Или темные. И к тому же бездари. Получив заводы, почти никто из них не сумел развить и расширить производство, ради чего и замышлялась приватизация, зато они успешно разваливают производство и разворовывают не ими созданное.

– Неужели все так пессимистично?

– Можно подумать, ты этого не видишь. Капиталы, нажитые нашими доморощенными плутократами, сплошь дутые, спекулятивные. Вспомни хотя бы недоброй памяти деятельность Бориса Абрамыча и Анатолия Борисыча. Они сумели х а п н у т ь миллиарды, но не создали главного – производства! А таких – большинство, и в этом трагедия страны.

Подлинные богатства создаются не спекуляцией, мой друг, не перераспределением уже созданных ценностей, а прямым созиданием – новыми изобретениями и воплощением их в жизнь.

– Ты так горячо говоришь – прямо как патриот, – с любопытством посмотрел Виктор Михайлович на раскрасневшегося приятеля. – Это случайно не тема для диссертации?

Петрачков покачал головой с виноватой улыбкой.

– Я действительно патриот России. А диссер я защитил давно, так что перед тобой сидит доктор экономических наук.

– И чем же занимается доктор? Откуда у него пятьдесят миллионов долларов? Одолжил бы па-рочку.

– Эх, Витя, все так реагируют на мои слова, а чтобы предложить дело…

– Извини, я пошутил.

– Да я не обижаюсь. Мало кто понимает, что происходит в России в действительности. Мы становимся сырьевым придатком развитых государств Европы и Америки, отстойником радиоактивных материалов и химической дряни, хотя по потенциалу высочайших и приоритетных технологий могли бы стать первыми в мире!

– Чем же ты занимаешься? Не в Счетной ли палате работаешь?

– Не в Счетной, Витя.

Я председатель венчурного фонда «Третье тысячелетие».

– Что это еще за фонд? Впервые слышу.

– Венчурный – от английского слова venture – риск. Два года назад несколько наших отечественных бизнесменов скинулись и основали фонд, а я стал его президентом. И теперь мы ищем потребителей новых научных идей и инженерных разработок.

– С ума сошли? Это же авантюра!

– Ничуть не бывало, трезвый расчет. Во всем мире доход венчурных фирм составляет двадцать-тридцать процентов, в то время как у автомобильных гигантов – не более двух! Конечно, из огромного количества научно-технических проектов важно выбрать ту «курицу», которая способна принести золотые яйца.

Ошибаться нельзя. Но мы пока еще ни разу не ошиблись.

– Молодцы, – хмыкнул скептически настроенный Курыло. – Что же вам удалось подобрать? Какое «золотое яйцо»?

– Да хотя бы щукинское «летающее блюдце». Слышал о таком конструкторе? Он изобрел принципиально новый летательный аппарат, намного более экономичный, грузоподъемный и безопасный, чем существующие лайнеры.