— Значит вы, господин Каттариус, — холодно произнес Тайфол. — Считаете, что освещение жизни и борьбы имперских легионеров недостойно вашего пера?

— Ваше высочество, — Квендор заметил, что Каттариус начал нервничать. — Я, конечно, так не считаю."

"Ну да, он сейчас не знает, что и делать. Он говорит с очень молодым разумным. А молодежь, как известно, отличается радикальностью суждений. А также любит простые и эффектные решения. При этом неизвестно, какие вообще полномочия есть у Третьего Наследника. Может он сейчас гаркнет и вигилы выведут из зала…

— Я… м-м, пытаюсь обрисовать ситуацию так, как она есть, ваше высочество, — не торопясь, явно подбирая слова, продолжил Каттариус.

— О, а вот это уже весьма интересно, господин Каттариус, — произнес Тайфол. — То есть здесь нет никого, кто считает эту тему подходящей для своего творчества, я правильно вас понял?

— Ваше высочество, возможно, когда я полностью обрисую проблему, таковые разумные найдутся? — пришел на помощь к побледневшему писателю герцог.

— Господин Каттариус, вы не против, если герцог Айтарис продолжит? — только очень внимательно слушая, можно было уловить в голосе Аринэля иронию.

Мужчина молча помотал головой.

— Речь идет о том, — заговорил Квендор, давя улыбку. — Чтобы освещать происходящее на Стенах. В виде статей в табуле, в виде рассказов, а потом, господин Каттариус, возможна и крупная проза. Но в ближайшей перспективе речь идет о статьях. А также о том, что их нужно не только писать, но и остальные необходимые действия с ними производить. Работать непосредственно пока вы будете с госпожой Дайрис. Позже будет создана соответствующая структура в составе магистрата, который я возглавляю.

А вот это их заинтересовало. Структура магистрата — это деньги. Это они понимают. Герцог посмотрел на Фироэль. Та улыбнулась, обведя взором зал.

— Помнишь, Арикс, — обратилась одна к одному из немолодых мужчин, в старомодном строгом костюме. — Мы с тобой говорили о роли государства в творчестве?

Мужчина чуть улыбнулся и склонил голову.

— И вот теперь мы все здесь и обсуждаем, кому можно доверить нести свет истины в умы, — продолжила Фироэль.

— Только прошло без малого пять десятков лет, Фироэль, — с теплом в голосе заметил мужчина.

— И теперь уже не хочется ничего менять, — чуть усмехнулась женщина. — Но менять надо.

— Ну, мы еще не старые, Фироэль, чтобы совсем ничего не хотеть, — с достоинством произнес мужчина.

Женщина покивала, усмехнувшись. Посмотрела в зал. Можно как угодно относится к этим разумным. Например, как Лавр Берриус, считать их поголовно шарлатанами. Но все же здесь имелись действительно очень талантливые люди. Весь вопрос сейчас стоял в том, чтобы их вдохновить тем, что нужно от них трону.