Заняв столик в темном углу зала, подальше от пышущего жаром камина, умял тарелку жареного мяса с подливой и тушеными овощами, запил кувшином вина. И при этом успел трижды, сколько позволяла медленно восстанавливающаяся мана, задействовать «темное зрение».

Первым стал пьяный посетитель, сидящий с приятелями и немолодой крикливой шлюхой за столом неподалеку. От него я быстро отключился, потому что картинка была мутной и часто раздваивалась, из-за чего кружилась голова. Второй была разносчица. Ее глазами увидел кухню, жирного повара с помощниками. Необычно лицезреть торчащие по бокам женские руки, сжимающие очередной поднос с тарелками.

Третьим взял в оборот кобольда-уборщика – ушастого коротышку с рыжими волосами, выступающими из-под кожаного колпачка, в бриджах и огромных башмаках с толстыми покатыми носами. Он появился из двери с веником и совком в руках, когда пьяный здоровяк, сидящий за столом с дружками и шлюхой, ненароком смахнул на пол миску с остатками еды.

Вот тут-то меня и поджидала неожиданность."

"Подключившись к кобольду, я увидел мир с высоты своих коленей. Все немного пожелтело, краски потускнели, зато… ну да, точно – малый видит разницу температур. Розоватые коконы окутывали тела людей, а вокруг камина багровело густое дрожащее пятно.

Кобольд, по дороге небрежно сметая на совок всякий мусор, прошествовал к столу, вошел под него, как под навес, и стал убирать осколки тарелки с вывалившимися остатками еды. Я с любопытством наблюдал за окружающим под непривычным углом зрения. Компашка за столом на уборщика не обратила внимания. С двух сторон торчали согнутые в коленях ноги, три пары – в штанах, одна – прикрытая серым платьем. Судя по ширине лодыжек, ноги у тетки как бревна, к тому же она сидела, не по-женски широко расставив ноги. Я вдруг подумал, что забавно было бы несильно пихнуть ее концом метлы между толстых ляжек…

Своей мыслью я будто подтолкнул уборщика. Или просто он сам подумал о том же? Конец метлы ткнулся, куда я и хотел, смяв подол платья. Шлюха хрипло завизжала, вскакивая. При этом она так отшатнулась назад, что перевернула лавку вместе с сидящим рядом мужчиной. Он спиной полетел на пол, его приятели, сидящие напротив, тоже вскочили, вместе с одним из них женщина сунулась под стол… Но кобольда там уже не было. Он бесшумно выскочил наружу, пробежал вдоль стены, положив метлу на плечо и аккуратно неся перед собой совок, чтоб не рассыпать мусор – и, никем не замеченный, остановился возле двери, ведущей в подсобные помещения. Оглянулся. За столом бушевали и ругались, хрипло кричала шлюха.

Мне показалось, что от кобольда ко мне пришло эхо удивления, будто он сам не понимал, почему вдруг сделал то, что сделал, и часть его эмоций передалась через «темное зрение».