Чадов делает шаг к пауку, поднимает его.

- Спокойно, дамы, это игрушка.

Возмущенный гул.

- А Степаха где?.. - смотрит мне в глаза.

- А зачем тебе Стёпа? - лепечу я.

- Так это ж его, - взмахивает шевелящиеся пауком. - Я вчера дарил...

- Чадов!! - хватаюсь за горло. - Ты совсем с ума сошел?! Паук??

Оборачиваюсь к пациенткам.

- Извините нас, пожалуйста. Мы сейчас это унесем.

Стуча каблуками, выбегаю в коридор следом за Чадовым.

- Какое счастье, что Хасанов не видел этого ужаса! А если бы у кого-нибудь случился эпилептический припадок или сердечный приступ?! - шёпотом ору на Чадова. - Ты понимаешь, что делаешь?!

- Откуда я знал, что вы принесёте его сюда?

- Аа.

.. То есть, если бы случился у меня дома, то нормально?!

У него такой взгляд, что кажется, сейчас я буду втрамбованна в стену и сладко изнасилованна. Я хорошо знаю этот взгляд...

Но слишком много посторонних глаз. Медсестры, пациенты выглядывают, пытаясь понять кто и почему кричал.

И взгляд его немного гаснет, он опускает его в пол.

- Степе отдашь? - протягивает.

- Эй! - отскакиваю подальше. - Не тыкай этим в меня.

- Ну ладно, посмотри, какой мягонький, - улыбается, протягивая опять на ладони.

Настороженно смотрю.

Паук и правда очень красиво сделан. Но в руки взять - нет, нет и нет! Стёпа расстроится, если не забрать... Он обожает пауков.

- Ладно... Сам ему верни, - стреляю страдающим взглядом на ординаторскую.

И захожу за Чадовым следом.

А Стёпы нет...

Там где я его посадила - его снятые джинсы. ""Приклеены"" к дивану, как договаривались. А его самого нет!

- Он сбежал! - выдыхаю я испуганно.

- Да никуда он не сбежал. Паука ищет, Юль. Сядь, я найду его сейчас.

В шоке стою, глядя на маленькие джинсы.

- Больница огромная... Он может выйти на улицу.

- Зачем? Пауки не любят холод. Он будет искать его в темном месте. На лестнице или в подсобке.

Найди его, пожалуйста...

Закрываю глаза, чувствуя, как Чадов проходит мимо.

В ординаторской громко тикают настенные часы.

Чего ты стоишь, Крынская?! Беги, ищи ребенка!

Но Чадов сказал - сейчас найду, и мое нутро, вопреки всякой логике ему верит.

Заторможенно разворачиваюсь к двери. Слышу издали Стёпин тоненький голос и низкий - Бориса.

Нашел!... Мгновенно!

Заходят. Стёпа на руках у Чадова.

И в моей груди растекается теплом, восторгом и облегчением.

Мне хочется обнять их! Таких красивых и таких похожих.

А Роберт на руки Степу не берет... И раньше меня это не ранило, потому что Стёпа уже большой и тяжёлый. А сейчас, видя, как тот довольно сидит на руках у Чадова, по-свойски обнимая его одной рукой за шею, мне больно от этой разницы.

- Стёп, - сводя брови от огорчения, беспомощно смотрю в глаза сыну.

Сжимает в руках паука.

- Он убежал, мам...

Чадов опускает Степу на пол.

Мы смотрим с Борисом друг другу в глаза.

- Спасибо...

- Завязывай, Юль, со своими благодарностями.