- “Мавр сделал свое дело, мавр может уходить!” - намекаю ему чтобы свалил.

Нехрен тут со своими фантазиями... У меня своих дохрелион!

- Юлия Юрьевна, - салютует ей Истомин. - Вы беременны, здоровы и выписаны. Но берегите себя, головокружения и токсикоз никто не отменял. И при кровотечениях всё же придется наблюдаться, чтобы нам не перепутать безопасные его версии с какими-то проблемами. Найдите гинеколога, которому доверяете.

- Спасибо... - растерянно бормочет она. - Боже... Спасибо, Костя! - льются у нее из глаз слезы.

Истомин смывается.

- Юлька... - ласково уговариваю ее.

- Ну ты чего?! Давай радоваться! Мы беременны! Домой поедем, пир закатим с персиками твоими. Хвастаться будем… Я сам себе завидую! Любимая… сын… дочка… Да я только мечтать мог!

- Я радуюсь... - рыдает она. - Это просто гормоны… Я теперь всю беременность рыдать буду.

- Ну рыдай, ладно, - соглашаюсь я, целуя ее пальчики.

Мне звонят. Операция...

- Поспи пока под присмотром Кости. Вечером тебя заберу.

Глава 43 - Подстава

Глава 43 - Подстава

Набираю несколько препаратов в шприцы.

- Мне плохо... - надсадно дышит пациентка.

Поднимаю на неё взгляд.

На лбу испарина... Ведёт расфокусированным тревожным взглядом.

- У Вас паническая атака? Вы боитесь операции?

- Я очень боюсь наркоза... Мне кажется, я не проснусь.

- Ну что Вы, мы в ответе за тех, кого усыпили! - шучу я, пытаясь расслабить пациентку. - Проснетесь, как огурчик. Я же как Баба Яга, стою на границе двух царств Яви и Нави. Провожу вас за ручку и за ручку выведу. Похож? - улыбаюсь ей.

- Не очень… - пытается улыбнуться в ответ. - А вот хирург мой… вполне на кощея… тянет.

- Вас как зовут?

- Валентина.

- Давайте посчитаем немного, Валентина? На счёт десять Вы уже очнетесь прооперированной.

Я Вас встречу. Хотите с музыкой? Какую музыку вы любите?

Подношу шприц к катетеру.

- Стойте! Минуту, пожалуйста...

- Хорошо. Давайте спокойно подышим.

- Хирург ждёт... - негромко подгоняет меня сестра.

- Мы скоро.

Валентина прищуриваться.

- Всё плывет...

- Рановато.

Вид такой, что сейчас отъедет.

Бывает, пациенты паникуют.

- Хотите анекдот расскажу?

Делает глубокий тяжёлый вдох. Что-то размазанно мямлит в ответ.

- Борис Егорович! - торопят.

Наклоняюсь над ней, заглядывая в глаза.

Тень падает на лицо.

- Нам пора.

Какое-то тревожное ощущение бьёт в живот.

- Хо-ро-шо, - соглашается она через силу.

Втыкаю препарат, медленно ввожу.

- Десять, девять, - подсказываю ей я.

- Восемь... Семь... Шесть… - зажевывает слова.

Остаётся пара кубов.

Ощущение тревоги нарастает. И вдруг бьёт под дых.

Зрачки! У нее не сузились зрачки, когда я отстранился и на них упал свет.

Рука моя вздрагивает. Я торможу с введением последнего кубика комбинированного препарата.

- Пя-я-ять... - тянет она, закрывая глаза.