Такого еще не бывало… Это первый раз, когда он использовал высшее заклинание сбора, и первый раз, когда вся организация вместе с ним отправляется на битву.

Ведь самый главный актив у Магистрата — это репутация одной из самых мстительных и злопамятных организаций. И потеря такой репутации будет означать потерю всего остального. Ни о какой власти уже не будет идти и речи, если кто-то узнает, что такой организации пришлось отступить. Значит, ее можно победить и надо только дать отпор.

— Я — Шрейген, глава Магистрата, обращаюсь к вам! — голос мужчины разносился не только под высокими сводами зала, но и в головах каждого представителя организации. — И я призываю вас! Явитесь в цитадель, чтобы исполнить месть! — шар позволял не только передавать мысленные сообщения, но и чувствовать эмоции каждого, кто услышал эти слова.

И потому Шрейген не мог перестать улыбаться. Ведь он ощущал всю ту злобу и чистую ярость каждого из своих подчиненных. Они готовы рвать врага на части, готовы побеждать, уничтожать все преграды, что появятся на пути Магистрата!

— Покажем врагу, почему все так боятся нас! — прорычал мужчина. — Мне нужна голова убийцы… И головы всех членов его проклятого семейства! И даже если у него есть армия, мы принесем голову каждого из его солдат! — он замолк на пару секунд, после чего на его лице появился хищный оскал. — Принесите же мне свиток высшего переноса! Мы отправляемся в поход!

* * *Агримони всё также сидел со своим другом у костра и готовил яичницу с грибами. Оба они сохраняли тишину и получали неимоверное наслаждение от процесса готовки. Поют птички, легкий прохладный ветерок слегка колышет пламя костра, а над сковородкой поднимается едва уловимый ароматный пар.

— Как же хорошо… — химеролог не смог сдержать радости внутри себя и потому попытался выразить ее словами. — Душа спокойна, благодать…

Его радовала не только умиротворенная атмосфера, но и то, что про него не забыли. Точнее, забыли, но ведь вспомнили же! Ну ладно, может вспомнили совершенно случайно, но ведь это произошло!

— Думаю, он просто сделал вид, что забыл, — попытался поддержать друга бомжеватого вида старик, и похлопал Агримони по плечу.

— Ты действительно так считаешь? — на глаза химеролога навернулись слезы.

— Конечно! Зато смотри, чего ты смог добиться? — он окинул взглядом лагерь. — Ты построил прекрасное жилище!

— Да, это куда лучше, чем мой прежний замок, — согласился Агримони.

Он, и правда, так считал. И пусть этот замок теперь захвачен бывшими партнерами и друзьями, которые сразу напали, едва им стоило получить сообщения от Булатова, но только теперь старик начал понимать, что это был лучший подарок от графа. Отказаться от этой напускной роскоши, забыть про опыты над людьми было правильно.