— Ты бы еще горничную взял!

— А что это за дурак в полотенце? — уточнил я у Александра, но он не успел ответить, так как по нам ударила довольно мощная аура этого дурака. Он что, правда, хотел запугать нас этим?

— Я Кабит аль Хафейн, наставник Его Величества Наргиза Османского! Ты, собака, имеешь наглость открывать в мою сторону свою мерзкую пасть? — прорычал мужик.

— Нет, ну точно дурак! — помотал я головой.

— Может, ответишь за свои слова с мечом в руках? — заорал он, выхватив свой клинок.

— Не… — помотал я головой. — С мечом будет слишком просто.

Раздался громкий хлопок и, повернувшись, я заметил, как Император хлопнул себя по лбу.

Некоторое время он сидел так и мотал головой, но после приказал готовить еще один дуэльный круг.

Хотя я не понимаю его недоумение и недовольство. Он ведь знал, что Александр летит сюда не один, а в моей компании. Мог бы сразу подготовить больше дуэльных кругов, я ведь не просто так сюда пришел, а развлекаться.

* * *Александр стоял и смотрел куда-то в пустоту, погрузившись в свои размышления. Ведь он отчетливо помнил, насколько сильным был в шестнадцать лет его противник, и с тех пор он стал еще сильнее.

Цесаревич всё это время помнил, что момент их схватки всё приближается, и тайком от всех смотрел новости из Османской Империи. А там довольно часто упоминалось имя наследника престола. Какой он сильный воин, как он идет победоносным маршем по землям врага, как побеждает в честной схватке сильнейших воинов, и насколько могущественен Дар его Рода.

— Ну всё! Нет у тебя теперь личного лекаря, — Наргиз подошел к Александру и решил немного над ним поиздеваться. Сейчас заканчивались последние приготовления к дуэли его наставника и секунданта цесаревича, и все в зале понимали, каков будет исход этого поединка.

— Знаешь, чем известен мой наставник?

— Если честно, не очень интересно, — помотал головой Александр. Он тоже понимал, каков будет исход, и его эта дуэль ни капли не волновала. Сейчас цесаревич переживал за себя, но отступать — не в его правилах. Ведь на кону честь сестры и Империи, нельзя упасть в грязь лицом.

— Жестокостью! — Наргиз не обратил внимания на ответ цесаревича. — Если он положил руку на рукоять меча, значит, кто-то умрет.

— Ага, он сам, например, — усмехнулся Александр, и это очень не понравилось сыну султана.

— Ты не только слаб, но и глуп! — прорычал Наргиз. — Мой наставник — сильнейший из своего Рода. Даже моя сила не может сравниться с ним, и когда он вступает в схватку… — В этот момент он завис, так как объявили о начале дуэли. Впрочем, продолжить свою речь Наргиз не смог, потому как что-то пошло не по плану.

— А-а-а-а! — молодые наследники стояли у самого дуэльного круга, и мимо них как раз пробежал тот самый наставник.