— Не видишь, тут еще есть и есть.

— Вижу. Тебе полегчало?

Улыбается смущенно, отбрасывая с лица огненную прядь.

— Да. И прости за вчерашнее. И за сегодняшнее тоже."

"Осматривает стол и натыкается взглядом на Шурку. Накидывается воинственно:

— А Вы почему не едите?

На «Вы»? Значит не узнала. А он? Судя по всему тоже нет. Рассказать? Или пока понаблюдать? На Шуркином лице тоска. Глаза, которыми он косит в мою сторону умоляют.

— Да не могу я больше.

Любка воинственно упирает руки в свои крутые бока. Как любит делать Маша… Ну вот. Помяни и тут как тут. Появляется в дверях и окидывает мизансцену цепким взглядом.

Любка ее не видит, продолжая буравить взглядом Сенцова.

— Надька, познакомься, это моя подруга Сашенька, она не курит и не пьет! И что самое скверное — не ест нифига. Потому что (в этом месте подруга моя демонстративно икает) больше не может!

Тон у Любки откровенно хулиганский. Я невольно принимаюсь хохотать. Маша бесшумно скрывается за дверью. Уверена, что побежала звонить Евгению Васильевичу и стучать на меня, непутевую. И ведь есть, что ей рассказать! Посреди ночи впустила в дом совершенно пьяную бабу, которая теперь перевела все продукты в холодильнике и насильно кормит не только Ваньку, но и ЕвгенияВасильевичева шефа…

Любка увлеченная своими переживаниями, которые, несомненно, сильно отличаются от моих, тяжело вздыхает.

— Все слабаки какие-то!

— Я не слабак, — возмущенно протестует Сенцов.

— Как это не слабак? Не хотите поддержать бедную женщину в минуту душевной невзгоды.

— Хочу! Но не могу…

— Ешьте!

— Вы моей смерти хотите!

— Вы же говорили, что ничего вкуснее не ели.

— Не ел. Но все равно больше не могу.

— Ешьте!

С тяжким стоном Шурка берется за вилку и запускает ее в тарелку с новым кушаньем, которое Любка уже поставила перед ним.

Подруга моя при этом стоит, возвышаясь над ним и хмуря брови. Мы с Ванькой сидим и тихо хихикаем, переводя взгляды с одного на другого. Может все-таки пора заново познакомить их?

— Ты, Шур, прошлый раз очень верно подметил это качество моей подруги — она может быть очень убедительной.

— В смысле? — Любка смотрит на меня подозрительно.

— Любань, ты хоть познакомилась с ним как следует прежде чем закармливать до смерти? Узнали вы друг друга или нет?

Подруга моя хмурится еще больше.

А Сенцов, судя по всему, уже все понял и теперь смотрит на Любку приоткрыв рот. А потом переводит взгляд на меня, и в глазах его я отчетливо вижу обещание мучительной смерти в том случае, если я скажу еще хотя бы полслова. Еще один любитель анонимности на мою голову! Приходится начать изворачиваться.

— Шу…, ну то есть Саша и есть тот самый человек, которому ты звонила, чтобы пристроить меня на работу.

Сенцов переводит дыхание, которое задерживал все это время.