Осенью мы соберём в лесах и на болотах, всё съедобное. Но овощей и зёрна мало взяли.

— Я постараюсь, что-нибудь придумать. Анрэй, я ещё хотела попросить сделать мне вот такую штуку, — проговорила и принялась чертить подобранной веточкой на песке.

Мы давно пришли к реке, но муж, разговаривая со мной и обсуждая вопрос выживания своего небольшого племени, так и не отпустил мою руку. Мне было приятно всё, и то что он делится со мной, и то что хочет касаться меня.

— Вот смотри, нужны два барабана, гладкие, без заноз. И в каждый потребуется вбить очень много тонких острых железных гвоздей.

— Это зачем? — с недоумением уставившись на мой жуткий рисунок по форме больше напоминающий орудие для пыток.

— Этим кардером будет быстрее вычёсывать шерсть, пока мы доберёмся до места нашего будущего дома, успеем переработать всю шерсть, что сейчас везём.

— Ты объясни это ещё раз Силану, я скажу, чтобы помог тебе. Он лучше разбирается с деревом.

— Спасибо, — поблагодарила мужа, думая, что он всё же молодец. Поддерживает все мои странные прихоти, пока непонятные для него.

— Пора отправляться, мы слишком долго здесь задержались, — ответил муж, осторожно касаясь пальцами моей щеки.

— Да, пора, — вдруг смутилась и резко опустилась к воде, — сейчас я быстро умоюсь и идём.

Сполоснув лицо и руки холодной водой, пальцем почистила зубы, думая, где бы достать мел, через две минуты была готова. Муж молча, подхвати меня под руку и повёл к стоянке, всего шагов двадцать, и он, оставив меня у затухающего очага, устремился к выстраивающим в ряд повозкам.

— А завтрак? — запоздало, спросила, но Анрэй или не услышал или не пожелал отвечать.

— Пей отвар, ешь кашу и едем, — всучила кружку Кара, шустро собирая посуду.

— Спасибо… подожди, — воскликнула и быстро стала сооружать бутерброды, засунув сковородку на угли. Из остатков лепёшки, сыра и мяса, вышло пять больших бутербродов, их я уложила в тряпицу, что дала Кара. Налила в кружку отвар, сегодня он был ромашковый с шиповником, выпросила ложечку мёда и поблагодарив травницу, горной козой поскакала на поиски голодного мужа.

Свою тарелку с кашей и вонючий отвар оставила в повозке, напугав своим неожиданным появлением Синид.

— Привет, посмотри, пожалуйста, за кружкой, чтобы не опрокинулась. Я Анрэя покормлю и вернусь.

— Хорошо, — улыбнулась Синид женщина.

На этот раз мужа еле нашла, но благодаря очень внимательным и вездесущим детям, ему всё же не удалось от меня скрыться."

"— Анрэй, держи. Ты не позавтракал. В узелке горячие бутерброды, в кружке отвар, — протараторив это, я рванула к своей повозке, которая медленно поднималась по извилистой, узкой и пыльной дороге.